Читаем «…ещё 28 минут» полностью

Сдать Гасана? Нет, нет, нет. Кем же станет он после того, как Гасан с отрядом окажутся в плену или, не дай Бог, погибнут в перестрелке? Кем? Он не сможет жить после такого позора.

Нет, Артак не такой, он не сдаст своего спасителя. Он не шакал. И, несмотря на любовь к родине, не выдаст отряд вражеских диверсантов, которым руководит славный сын своего народа, гвардии подполковник Гасан Мамедов. Иначе он, Артак Саргсян, не будет иметь права называться человеком.

Все эти мысли молниеносно прошлись в голове Артака, чередуясь друг с другом. Он не сдаст Гасана. А мама? Она же может выговориться случайно. Ехать и не останавливаться! Но безопасность его и мамы… Вот это тоже важный фактор. Они ведь могут стрелять, могут…

Но господь поможет, прорвёмся. Минутные сомнения улетучились. Осталась одна четкая мысль: Гасану нужно время, ещё время… 28 минут… Артак посмотрел на часы и, приобняв маму правой рукой, сказал:

– Мам-джан, не волнуйся, прорвёмся! – и вжал педаль газа до пола.

– Господи, ты меня ведёшь, ты меня и выведи! Бисмилляхи Рахмани Рахим! – сквозь слёзы шёпотом молился Артак на двух языках, потом посмотрел в небо через лобовое стекло и тихо продолжил: – Помоги ему Всевышний, Милостивый и Милосердный!..

«Надо продержаться ещё 28 минут, надо», – стучала фраза в висках Артака.

Ещё 28 минут!

Джип с рёвом рванул вперёд, оставляя за собой большое облако пыли, в котором растворились двое армянских полицейских из дорожно-патрульного батальона.

– Господи, ты нас ведешь, ты нас и выведи…