Читаем Эпилятор полностью

Оглянувшись, увидел, что брезент с повозки сдернут, и в ней сидят два арбалетчика. Арбалетный болт одного из них я получил сзади в область поясницы. Теперь он торчал из меня, как наполовину забитый гвоздь. Еще не успев удивиться, ощутил аналогичный по силе удар в область живота - это разрядили свои арбалеты воины на второй повозке. Теперь из меня торчал второй гвоздь - спереди. Классическая засада, исполненная с блеском и обеспечившая великолепный результат.

Конь подо мной закачался и я понял, что каждый второй арбалетчик стрелял в коня, и не без успеха. Возницы, тем временем, настроенные очень решительно спрыгивали на землю с облучков, у каждого в руках имелся обнаженный клинок. Арбалетчики опрокинулись на спину и, помогая себе ногами, все четверо дружно тянули тетиву для очередного залпа. Положение безвыходное. Что называется, - сливай керосин.

Мелькнула мыслишка, что 'вот так и погиб не за понюх табаку, во цвете лет, благородный Леру, средненький сын барона Япета'.

Благородное животное подо мной стало заваливаться в сторону реки. Лишь в последний момент я успел вынуть ноги из стремян и спрыгнуть в сторону на самую кромку берегового обрыва. Удачно приземлившись и ударив ногами о землю, почувствовал, что подмытый течением реки, край обрыва поддается. Кусок береговой дернины длиной метра два отламывается и начинает съезжать вниз. Нелепо махнув руками, я полетел вслед за ним с пятиметровой высоты в бурный и мутный поток реки.

Успев пока падал глубоко вдохнуть, я приготовился плыть под водой сколько позволят силы и терпение. Но, не пролетев и десяток метров, неожиданно, вместо воды весьма болезненно приложился боком о твердую землю. Судя по ощущениям, упал я с высоты полутора метров.

Выдохнув и вдохнув, еще не поднимая головы, наученный горьким опытом попытался прислушаться и оценить обстановку. Было во всем этом, что-то знакомое, и я бы даже сказал - родное. Бросив быстрый взгляд направо налево и оглянувшись, с облегчением перевел дух. Место действительно знакомо, несмотря на то, что и кусты подросли и деревья. Время года только иное - поздняя слякотная осень. Но там, за кустами, имеет место быть остановка пригородной электрички и до дома можно сказать, рукой подать.

С кряхтением поднялся на ноги и оглядел себя. Хорош. В животе торчит один болт, самым кончиком наконечника карябая кожу в районе пупка. С правой стороны в пояснице, в районе почки, красуется второй. Этот болт вошел глубже - в живое тело аж на целый сантиметр и рубаха в месте попадания арбалетной стрелы медленно набухала от крови.

Подергав древко болта, понял, как так получилось. В очередной раз повезло. Тысяча лет жизни Биуну и его самородкам. Каленые бронебойные наконечники, пробив мою фирменную кольчугу и кожаную поддевку, завязли в золоте. А я еще физиономию кривил и брызгал словесным ядом, проклиная патологическую жадность варнака, когда плотно набивал драгоценным металлом потайные кармашки пояса. И вот, на тебе, халявное золотишко спасает мне жизнь.

Еще раз внимательно оглядевшись и прислушавшись, не заметил ничего особенного - вокруг пусто и безлюдно. Ну что ж - очередной этап компании завершен. Ангелы-хранители из высших сфер возжелали-таки спасти мне жизнь и в самый последний момент выдернули из жадных лап смерти, успев подхватить сачком пространственного портала. Получился, почти что 'happy end', как в кино. Возможно, они и полет болтов подкорректировали. Чует мое сердце, тот, что попал сзади в поясницу, по всем законам войны, обязан был попасть точнехонько под левую лопатку…

Это произошло пять лет назад. А, начиная с самого первого мгновения в подмосковном лесу, у меня не возникало и доли сомнения, что нахожусь я на Земле временно. Достаточно найти мой личный портал и можно со спокойной душой отправляться на охоту и рыбалку в Новый Мир.

Так как по натуре я человек сугубо творческий, с аналитическим складом ума и органически не приемлю неорганизованность, то разработанный мной План позволял перед очередным отбытием, шагнуть на очередную ступень в саморазвитии. В соответствии с планом все мое время за исключением сна было поделено на три неравные части.