Читаем Эпилятор полностью

В центре площади стояла, залитая кровью, плаха и рядом горел костер. Двое подручных палача держали за плечи уже давно не сопротивляющуюся жертву. Палач стоял рядом, поигрывая окровавленным великанским топором. Тем временем его подручные в очередной раз подтащили жертву к колоде и вытянули обрубок левой руки заключенного, - правой руки у бедняги уже не было. Они положили обрубок левой на плаху и плач ювелирно укоротил руку еще на кусок в ладонь шириной. Нашинкованные куски конечностей горкой валялись тут же, рядом с разделочным столиком. Отработанным до автоматизма жестом палач взял из костра раскаленную до красна плоскую железную кочергу и прижег обрубок руки. В этот момент заключенный издал тот самый нечеловеческий вопль, который я слышал в последнее время.

Я осторожно спустился вниз и перебежал вдоль ограды до ее соединения с отвесной стеной ущелья. В этом углу угнездился и обильно рос дикий виноград. Его ползучие плети достигали верха стены, создавая небольшой, закрытый листьями участок. Используя неровности и щели в стене, снова вскарабкался наверх. Закрепился локтями и осторожно раздвинул широкие листья. С этой точки можно с гарантией наблюдать за происходящим без опасения быть обнаруженным раньше времени.

Казнь приостановили. Обрубок человека в очередной раз потерял сознание. Всем своим видом показывая насколько ему надоела эта рутина, палач сунул кочергу в костер, поворошил угли, отложил в сторону топор, подхватил ведро с водой и вылил на несчастного половину его содержимого. Смертник очнулся, закашлялся, выплевывая воду, и заскулил. Подручные палача опять подхватили его, а палач взял в руки топор.

В принципе, что мне нужно сделать, было понятно. Нужно восстановить справедливость. Но на чьей стороне я должен был выступать?

То, что охранники и палач с подручными используют неконституционные методы наказания, видно невооруженным взглядом, но является ли это поводом к приговору для них. Не факт. Я наблюдал рядовой спектакль и это нормальный уровень средневекового зверства. Ничего особенного.

Есть три варианта развития событий. Первый - это то, что все заключенные законченные подонки и злодеи, а наказание вполне соответствует тем преступлениям, которые они совершили. Но тогда я должен для ускорения дела вырезать под корень всех двести человек, не обращая внимания на охрану. Дело сложное, но выполнимое, хотя скотобойня получится еще та. Но божий суд, в моем лице, он правый самый. При этом, как минимум, лучников из охраны придется убрать, так как моего понимания высшей справедливости, охрана скорее всего не оценит и постарается помешать. Именно лучники в этом случае - наиболее опасный фактор.

С другой стороны - все заключенные оказаться невиновными, тогда вырезать нужно охрану, а остальных освобождать. А может, из общей массы не виновны лишь несколько человек и все остальные достойны своей участи. Дилемма.

Чтобы разобраться, я стал внимательно одного за другим рассматривать заключенных и вдруг почувствовал толчок. Взгляд зацепился за кого-то в толпе. Я вгляделся более пристально и понял - один узник совести смотрит в мою сторону. Он видел меня и смотрел мне прямо в глаза. Мистика. Я с трудом отвел от него взгляд, заставил себя сосредоточиться и просмотреть всю толпу от начала до конца. Затем опять взглянул на странного заключенного в кандалах и… он едва заметно кивнул мне.

Похоже появилась первая зацепка в решении проблемы - кого спасать.

В голове начал складываться план предстоящей схватки. Первыми умрут лучники. Затем стражник под стеной. Палач, подручные и остальная охрана, уж как получится.

И все-таки сомнения в правильности выбора оставались. Но в этот момент из пещеры показались два жреца. Черные хламиды с капюшоном, выбритые головы, чтобы удобнее носить парик. Один плешивый жрец это может и случайность, но два - уже система. Да и по повадкам видно, это мои старые знакомцы - мафиози. Выступают, как хозяева жизни, у одного в руках хлыст и направлялись они к заключенным в колодках. Сомнений больше нет - выбор сделан!

Я медленно подтянулся, улегся на стене, прячась в листве, и подождал пока полностью восстановится кровообращение в руках. Опустил на лицо маску своей спецназовской шапочки и надел перчатки для стрельбы. Вынул лук, с трудом, в положении лежа натянул тетиву, уселся по-турецки на стене и задержал дыхание. До лучников на балконе примерно двести метров. Чтобы попасть - нужно постараться.

Первая стрела еще находилась в полете, когда вдогонку ей полетела вторая. И первая, и вторая попали идеально, абсолютно симметрично, в центр груди, на ладонь ниже шеи, пробив грудину. Откат нормальный!

Я вскочил на ноги и с натянутым луком, заглянул вниз со стены. Стражник стоял там, где и ожидалось. Третья стрела вошла ему в ямку над ключицей. Три ноль в нашу пользу.