Читаем Эпилятор полностью

Дымчато-серый проблеск, стремительный полет среди ветвей, и перед самым носом садится птица. По виду типичный голубь, но серенький, с темными и рыжими поперечными полосками, черным горлышком и на голове маленький хохолок. Летун утвердился на ветке и принялся рассматривать меня любопытным глазом. Глупыш. При желании я мог легко дотянуться до него рукой. Но вот, опять птица, - с другой стороны. Перелетела с дерева на дерево и резко спланировала на ту же ветку. Так же окрашена, но горлышко у летуньи светлое и пестрое, по всему видно - самочка. В первый момент сладкая парочка интересовалась только друг другом. Но вскоре яркое возбуждение от встречи схлынуло. Птицы заметили постороннего и принялись его рассматривать. В конце обменялись впечатлениями на своем языке. Вероятно, человека они не видели никогда. Затем петушок с курочкой, когда я сделал неловкое движение, взлетели шумно, со своеобразным треском. Я вздрогнул и проводил взглядом две серые стремительные тени.

Вот так меня поприветствовал Новый Мир. Как я понял гораздо позднее, визит вежливости нанесли два рябчика. Птицы, с которыми у меня сложились непростые отношения, а после одного эпизода в своей карьере охотника, я стараюсь, по возможности, воспринимать их лишь, как украшение леса. Очень символично, что эти забавные летуны стали глашатаями и представителями планеты, где мне предстояло жить и работать, любить и воевать.

Рябчики подняли настроение, но все равно - временами поеживаясь, вздрагивая, прислушиваясь, поглядывая по сторонам и пытаясь разобраться в происшедшем, я просидел на одном месте битый час. Потом дернулся, услышав за спиной гаденький смешок, оглянулся - никого.

Именно тогда, из глубины моего Я, впервые в жизни на поверхность полез порыкивающий Зверь. Молодой и неумелый, но уже готовый рвать и убивать. Вскочив на ноги и сжав кулаки, я стал искать глазами обидчика. Вздохнул поглубже, успокаиваясь, и двинулся вниз по течению еле заметной звериной тропой, проложенной по берегу реки. По дороге подобрал палку, покрутил ее колесом и почувствовал себя вроде как более уверенно. Пусть плохенькое, но оружие.

Самыми трудными оказались первая ночь и следующий за ней день. Ночь - потому что вовремя не остановился и не подготовил лежку, а спать на земле удовольствие ниже среднего. Следующий день - из-за того, что желудок настойчиво требовал еды. Но ничего съедобного вокруг не видел, а есть то, что незнакомо, это я знал твердо - получится себе дороже…

На третий день резь в желудке притупилась и утром желание заглотнуть какую-никакую пищу пропало совсем. Как я узнал гораздо позже, организм благополучно перешел на внутреннее питание.

Вдоль реки шел пятнадцать дней и никаких особых проблем не испытывал. Пил чистую воду из реки и ручьев, впадающих в нее. Отдыхал, когда хотел, и никак не мог понять, что это такое - муки голода и почему люди мрут от голода как мухи. Иногда, в солнечный день останавливался на высоком обрывистом берегу реки и с интересом наблюдал, как на глубине, освещенные ярким светом, среди коряг стоят или вверх по течению плывут живые торпеды. Это казалось интересным и красивым, но как их достать, представить себе не мог. Да и нужно ли?

Несколько раз нос к носу сталкивался с медведями - все-таки шел я по их тропе. Молодые медведи уступали дорогу мне, убегая в кусты, старикам - уступал я, осторожно отходя в сторонку.

К вечеру пятнадцатого дня вышел к большому озеру. В него впадала река. На противоположном берегу разглядел хуторок. По всему выходило, - осталось последний раз заночевать в лесу. Покатал эту мыслишку в голове и понял, что особой радости не испытываю. В лесу мне жилось хорошо.

А утром проснулся у себя в постели.

В сухом остатке после странного приключения - испарились четырнадцать килограммов собственного веса и вся старая одежда повисла на мне, как на вешалке. Никаких проблем со здоровьем и лишь трудности с поиском разумного объяснения для двухнедельного отсутствия…

Всю зиму и весну размышлял над произошедшим и решил - нужно что-то делать! Летом, ближе к осени, нашел концы и напросился в компаньоны к местному браконьеру в Архангельской губернии. Вместе с ним посетил один из притоков Мезени. Речка оказалась один в один с рекой из Нового мира. Ну, может чуть меньше.

В результате вояжа на Мезень стало понятно, что все две недели, голодая, шел рядом с необъятной бочкой с едой… Достаточно было нарезать ивовых прутьев, сплести за пару часов вершу, воткнуть ее на подъем на перекате на ночь - и все проблемы с диетическим мясом решены. Причем, оставить на перекате нужно не на всю ночь, а максимум на часок. Если держать на перекате до утра, то вершу придется не вынимать, а выкатывать на берег.

На следующий год отправился на юг в Астрахань. Добрался до Главного Банка в низовьях Волги и 'постоял' с недельку рядом на берегу. Половил рыбку на Раскатах. Красота. И отдохнул от души, и квалификация осталась. Дальше, больше.