Читаем Энриет. Логос 1. полностью

Удар. Тело обожгло болью. Крик. Бегут люди, но они тут же падают, ударяясь об землю обгорелыми телами. Их уже нет, но эхо еще несет предсмертный крик. Староста поднимет арбалет, и яркий свет устремляется в сторону дракона, сидящего на маяке. Белый болт впивается в грудь гадкой змеи. Леденящий душу крик боли раздается повсюду. Тонны огня вырываются из пасти, уничтожая все округу. Маяк рушится. Скала падает вниз, дракон, не в силах махнуть крыльями, падает вниз. Я тоже падаю. Нет сил сопротивляться. Из груди торчит белый болт. Все внутри горит. А на руках Кариэль. Она смотрит на меня и плачет. Слезы текут из моих глаз, падают и обжигают бледную кожу Кариэль, оставляя воспаленную красную кожу.

Я открыл глаза. Это все сон. Грудь цела.

Сон был такой, словно все происходило наяву. Легкая дрожь окутала меня. Губы пересохли. Посмотрев глазами по сторонам, я увидел над собой тень. Очень большую тень.

— Просыпайся, соня.

— Кораг. Что ты тут делаешь?

— Как что? — орк развел свои горы, которые у него вместо плеч — кто-то сказал, что придет на тренировку, а в итоге не пришел. Давай быстрее вставай, мне еще кузницу готовить к работе.

— Да, встаю.

Спорить с орком не самая лучшая затея сама по себе, я просто встал. Да к тому же сам попросил натренировать меня. И, что-то подсказывает, что он знает толк в обучении. Не зря же такой большой.

Кораг смотрел на меня некоторое время, наблюдая за тем, как я встаю, и сказал:

— И слезы не забудь вытереть. Видимо, страшный сон приснился. Когда я подошел, ты весь дрожал.

Пальцы прикоснулись лица. Что? Я на самом деле плакал. Вытерев слезы, я улыбнулся Корагу, а он в ответ фыркнул.

— Улыбаешься, значит. Ничего, я сотру твою улыбку с твоего лица. И у тебя никогда не будет сил улыбаться.

Эх! Еще раз прихожу к выводу, что в этом мире, абсолютно нельзя улыбаться. Сразу же возникает физическая боль, или я нарываюсь на проблемы. А то и хуже: на людей, которые желают стереть мою улыбку с лица.

— Я готов, Кораг.

— Куда ты готов? Разминка.

Красная гора делала упражнения, которые кое-как приходилось повторять. В принципе, разминка была несложной, и чем-то напоминала то, что я делал на Земле, но была куда эффективней. Может, потому что тогда я ее делал один, а тут Кораг непосредственно следит за мной и поправляет, показывая технику.

Несмотря на то, что это всего лишь тренировка, усталость появилась настоящая. Поверить не могу в свою слабость: разминка заменила полноценную тренировку.

— Ну что, Кораг, на сегодня все?

— Мы еще даже не начали — на меня как на таракана посмотрело два больших глаза — Вот сейчас небольшая пробежка, а потом начнем.

— Пробежка?

— Побежали до кузницы. Ты впереди, а я сзади. Если твой темп будет медленный, то будешь получать по заднице. Ты же не хочешь получать по заднице?

— Нет.

Я не успел среагировать, как нога Корага погладила мою филейную часть. Удар был настолько сильный, что я подлетел, а затем плюхнулся на землю, сильно ударившись всеми болтающимися конечностями.

— Ты что делаешь!

— Ты не слышал, что мы уже побежали?

Решив не отвечать на реплику уже на так мной горячо любимого друга — если так будет бить, то уже даже не друга — я не то, что встал, а подпрыгнул и тут же побежал.

Темп бега нельзя сказать, что был высокий, но дыхалка предположила, что следует бежать еще медленнее. Буквально через пять минут она капитулировала и отдала полномочия силе воли.

Сильный удар подкинул меня на полметра.

— Кусок минотавра — выругалась глыба — беги в нормальном темпе, а не как гном пьяный.

Я прибавил темпа, но и этого стало мало — еще один удар пожелал мне стать гордой птицей. Видите-ли вы, пока меня не пнешь, я не лечу.

И самое ужасное во всей ситуации то, что Кораг перестает пинать меня по заднице только после того, как я беру темп, с каким бы я бежал «стометровку»!

Скосив взгляд, я увидел размеренное и спокойное лицо Корага. Он бежал, словно шел прогулочным шагом по цветущему парку. Откуда в нем столько силы или все орки такие монстры? Чую, они на моей земле вообще захватили нишу спорта. Да и военную тоже.

Кораг попытался ударить под зад, но я слегка ускорился. Он решил не догонять меня, лишь ухмыльнулся.

Прекрасная погода ободряла, давая позитивный настрой. Небо было ясным, а на траве еще виднелись капли росы. Дул летний, но по-утреннему прохладный ветерок. Ну и, как подобает деревне, на улице было полно людей, встречавших приветственные лучи света.

Как я смог все это заприметь? Вот в последний раз, когда от пинка подлетел и упал на пятую точку.

И эти ранние пташки с пребольшим удовольствием наблюдали за нами. Конечно, интересная картина. Два раба, звеня железными причиндалами, бегут куда-то в такую рань. Так еще и мелкий раб бежит впереди, а большой краснокожий бежит сзади и пинает мелкого, который от ударов пытается лететь как курица.

Когда мы наконец-то добежали до кузницы, я был на пределе. Моя дыхалка умерла. И все, что мне хотелось, это лечь на землю и умереть.

Кораг подошел к бочке воды. Увидев плескающуюся воду, я смог вспомнить, что тоже не откажусь попить.