Если мы знаем конкретный триггер, у нас появляется возможность не среагировать.

Что можно сделать? Шаг А – знать свои триггеры самим. Шаг Б – детям от 4 лет в спокойное нейтральное время рассказать про эти триггеры. Тут у ребенка появляется выбор, как он может использовать эту информацию. Если ребенок понимает, что это мамин или папин триггер, и специально провоцирует гневную реакцию – это не про гнев, а про границы, правила и ролевое взаимодействие.

Дети чаще провоцируют того взрослого, кого больше любят, кто более уязвим. Они очень чутко реагируют на состояние и на отклик. Если вы поддаетесь и начинаете раздражаться на их уловки, подобное провоцирующее поведение будет повторяться снова и снова на уровне автоматизма. Нет, они не «злобные карлики», не хотят навредить сознательно, просто повторяют то поведение, которое эмоционально пробивает родителей. Такова правда жизни.

Я предлагаю наблюдать за собой две-три недели, записывать в блокнот моменты, когда вспыхивает раздражение не только у ребенка, но и у вас. Тогда вы точно будете знать, что вызывает эмоциональную реакцию. Первый уровень – это уровень знания: «Я знаю, что в пятницу во второй половине дня я реагирую на то, на что не реагирую в понедельник в первой половине дня»: «Когда я расстроена отношениями со взрослыми, я буду резко реагировать на детей»; «Когда давление на улице низкое, обычные детские шалости выбивают меня из колеи».

Если вы это понимаете, появляется небольшое окно возможностей изменения реакций. Зная, что вы сегодня не в «зеленой зоне», не в оптимальном состоянии, вы будете чуть более внимательны. Может быть, немножко замедлите темп жизни и разрешите себе отдохнуть и тогда не сорветесь.

Базовый шаг – это наблюдение, позволяющее отследить повторяющиеся из раза в раз нормативные конфликты с самими собой и окружающими.

<p>Нормативные конфликты</p>

У каждой семьи они свои: у кого-то их больше, у кого-то меньше, у кого-то ярче, у кого-то они могут быть внутри, но они всегда есть. Нормативные конфликты – это те сложные моменты, о которые мы спотыкаемся.

Примеры нормативных конфликтов: «Мы всегда ссоримся перед тем, как нарядить елку»; «Мы всегда напрягаемся после того, как уезжает бабушка»; «У ребенка всегда случается истерика после бассейна». Если вы не тратите энергию впустую на самоосуждение, то появляется возможность хорошо подготовиться, тогда есть вероятность, что нормативный конфликт не сработает.

Поймав нормативный конфликт «за хвост», нужно иметь план Б – план спасения. Первый шаг – называние: «Оп, это наша ситуация номер раз». Здорово, если вы дадите имя каждому из этих конфликтов. Это может быть номер, этикетка, что угодно. Хорошо, если это будет общее название для всей семьи, оно может быть с юмором или иронией. Я помню, когда росли мои старшие дети, у нас была популярная фраза «Хор занудочек исполняет песню „Мамочка“». Когда я это говорила, все смеялись.

Иногда с детьми старше четырех – четырех с половиной лет, с подростками и со взрослыми нормативному конфликту можно придумать не только название, но и какой-то образ или мем – смайлик, смешарик. Дети в эту игровую практику включаются с удовольствием. Ссора из-за сбора игрушек перестает быть такой серьезной, она получает имя, условно «сумасшедший пылесос». Вы дали ей образ, про нее можно поговорить, над ней можно немножко посмеяться. С ней происходит экстернализация.

Экстернализация – это вынесение вовне, в поле обсуждения или коммуникации каких-то внутренних переживаний, конфликтов и сложных состояний.

<p>Почему не стоит воспитывать ребенка в состоянии раздражения</p>

<p>Мы учим своими реакциями, мы учим собой</p>

Раздражаясь, попадая в зону своего эмоционального состояния, родитель показывает определенную модель поведения. Мы живые люди, и раздражение и гнев возникают в большом количестве ситуаций.

Дети нас считывают, к сожалению, всех целиком: наш верхний слой, наши представления о воспитании и жизни в семье. Они считывают то, какие мы есть, как мы реагируем, как мы дышим, жалеем, ругаем. Раздражение, соответственно, тоже считывают и моделируют. По-другому и быть не может.

«Почему же он так кричит?» – удивляется мама ребенка, которая сама постоянно повышает голос. Он кричит, потому что до подросткового возраста невероятно зависим от эмоционального состояния взрослых. Он от него не защищен, а впитывает его как губка. Но это не повод съедать себя, это способ понять: если вы сегодня не в форме, то и дети, скорее всего, будут вести себя хуже, чем в дни, когда вы спокойны. Вот такой парадокс. Выравнивать нужно сначала не их эмоциональное состояние, а собственное.

Успокоить ребенка можно, только успокоив самого себя.