Читаем Эмоции в семье полностью

Самые сложные варианты взросления бывают тогда, когда родители проецируют негативный семейный сценарий на взросление подростка.

Я расскажу пример. Ко мне недавно приходила на консультацию семья. Вопрос был про девочку 17 лет, она очень хорошая, «красавица, спортсменка, комсомолка», абсолютно положительная, но мама ее никуда не отпускает – никаких поездок в другие города, никаких ночевок у знакомых, даже у проверенных людей, – вообще ничего ей не разрешают. Крайне ограниченная свобода. Девочка из-за этого бунтует, отношения с родителями стали плохими.

Всегда, когда начинаешь работать с подростком, сначала происходит разговор с родителями либо сначала отдельно с подростком, потом отдельно с родителями. Выясняется, что у этой мамы есть свой конкретный страх – у нее был брат, который скончался от передозировки наркотиками. У папы тоже свой конкретный страх, но страх другого вида, и он тоже связан с самостоятельностью, с подростковыми экспериментами. Они оба проецируют эти истории на свою дочку, которая вообще другая – она организованная, ответственная, очень осторожная, и это уже даже не осторожность, а запуганность. Этот сложный узел получилось распутать, только возвращаясь к семейной истории.

Таких ситуаций очень много, я думаю, что у вас такие случаи есть среди знакомых. Надо задать себе вопрос: связано ли то, как у вас все устроено, с самостоятельностью вашего подростка, с семьей, где вы росли? Связаны ли ваши нынешние трудности с подростком с чем-то из вашего опыта взросления?

Надо понимать, что все мы проецируем свой предыдущий опыт на жизнь детей. Но если этот опыт сложный, травматичный, непережитый, непроговоренный, какой-то реально тяжелый, для того чтобы отключить проекцию, мы должны приложить специальные усилия. И первый шаг, чтобы исключить тревогу, – это ее осознать, назвать.

Очень важно определить, что в вашем страхе за будущее ребенка имеет отношение к вашему конкретному подростку, а что – не имеет.

Я уверена, что тревога повторения негативного сценария взросления – это одна из серьезнейших причин ухудшения отношений в подростковом возрасте. Мы помним, что подростковый возраст – это возраст переходный, ребенок переходит из детского состояния во взрослое состояние человека, это трансформация, и как при родах есть много рисков, так и при проживании пубертата есть всякие варианты развития. А этот страх повторения негативного сценария – что ребенок пойдет не по той дорожке – мощный ограничитель самостоятельности.

Часто именно эта тревога повторения негативного сценария, тревога за какой-то неправильный вариант взросления очень сильно влияет не просто на стиль родительского поведения, а на реакцию на разные детские эксперименты.

Если вы не осознаете, что именно заставляет вас слишком сильно контролировать своего подростка, отношения точно могут ухудшиться. Страх этот звучит примерно так: «Если я дам свободу, он воспользуется ею неправильно и наделает ошибок, возможно, непоправимых. Потому что у нас в трех-четырех поколениях семейный сценарий такой: все мужчины рано начинали пить, у девушек были ранние беременности и вообще в нашей семье много распавшихся браков».

Но дело в том, что, если свободы не будет, подросток рискует все силы потратить на сопротивление вашим ограничениям. Возможно, именно это закрепит риск повторения негативного сценария.

Я абсолютно убеждена, как и все психологи, работающие с семьей и семейными сценариями, что это не карма, это не какой-то рок повторения. Все то, что было осмыслено и проговорено, выведено в область осознания, не повторяется автоматически и обычно не повторяется вообще. Но этот страх заставляет людей молчать, скрывать, не разговаривать на эти темы ни с близкими, ни с подростками.

Страх повторения негативного сценария в какой-то его части: неудачное раннее начало половой жизни, провал в институте, заброшенная карьера – все это должно быть осмыслено. Мне кажется, очень важно проговорить с самой собой: на меня влияет вот это. И проработать. Возможно, что-то почитать, возможно, пройти терапию, возможно, сходить на исповедь или использовать какие-то практики, тренинги. Потом хорошо бы побеседовать с супругом в паре, чтобы было понятно, что на кого влияет. Подросток одновременно является потомком двух семейных древ.

Когда эти страхи проговорены с супругом, потом в безопасном виде надо проговорить это с подростком, потому что дети, как правило, этих историй не знают, и, что на нас влияет, не понимают.

Иногда это не семейные истории, а сюжеты из фильмов, иногда это книги, которые прочитаны в подростковом возрасте. Или это рассказы знакомых из близкого окружения, именно они влияют и заставляют вас бояться. Возможно, случались такие события, которыми нельзя поделиться с супругом, что-то было очень травматичное в опыте взросления, о чем вообще не знает никто. И, конечно, этим особенно трудно поделиться с подростком.