Читаем Эльва полностью

Заложив руки за спину, я встал и зашагал от стены к стене. Но ничего, кроме деревянной облицовки каюты, перед глазами так и не возникло — похоже, выхода из сложившейся ситуации не существовало. Нависшие надо мной, как дамоклов меч, и, надеюсь, потерявшие «Эльву» пираты — это очень плохо, они меня убьют. Поиск спасения у «цивилизации» тоже не лучшая идея. Для них я — вещь, даже думать не хочу, что они со мной сделают. А оставаться здесь тоже нельзя — проснувшееся нечто по имени Демиург с удовольствием размажет «Эльву» по всем окрестным планетам.

Ладно, выход все-таки есть. Нужно починить реактор «Эльвы» и убраться отсюда туда, где нас никто не найдет. Возможно, придется остаток жизни провести в глубоком космосе, как отшельник в пустыне…. Хотя почему «как отшельник»? Вон сколько таких же, как я, находятся на корабле в замороженном состоянии — оживлю, и будет компания. Но это потом… как минимум после постройки реактора.

— Эльва, корабль для переброски меня на планету готов?

— Нет, сэр. Для производства корабля класса «Бот» потребовалось восстановить малую верфь. Некоторое утраченное оборудование было перенесено с других, но основное пришлось создавать на фабрике. Это заняло больше расчетного времени, так что производство бота было отложено на четыре с половиной часа. Оставшееся время составляет сорок три минуты.

— Понятно. А сколько осталось энергии в аккумуляторах?

— В накопителях, сэр.

— Один фиг.

— Двенадцать процентов, капитан.

— Почти на дне… Слушай, у меня плохое предчувствие, мне кажется, нас скоро найдут пираты.

— Вряд ли, сэр. Скорее, сюда прибудет флот ОСА.

— С чего ты взяла?

— Я отправила запрос о помощи и краткий доклад о произошедших событиях сразу, как только вы уничтожили сторожки корсаров.

Я замер столбом, внутри все похолодело, а мозг, наоборот, казалось, разогрелся почти до точки кипения.

— Почему ты не сообщила мне? Почему не спросила у меня разрешения?

— Я действовала согласно инструкции, капитан.

— Больше так не делай.

— Не могу обещать, сэр.

— И когда прибудет флот? — спросил я, помолчав.

— Время на прохождение сигнала направленного сообщения отсюда до ближайших систем Аливрии составляет примерно неделю. Путь флота ОСА займет еще один или два дня.

— Сигнал движется медленнее флота? — удивился я.

— Разумеется, сэр. Флот оснащен гипервременными двигателями. И еще, капитан. Вы можете ускорить посылку сообщения, если отдадите приказ построить гипервременной зонд, который отправится прямиком к Аливрии, что позволит сэкономить дней пять.

— Нет, — выдохнул я, — не стоит. Кстати, Аливрия — это что?

— Центральная планета, можно сказать — столица человеческой цивилизации.

— А Земля?

— Это и есть Земля, сэр. Просто шесть сотен лет назад, в разгар эпохи колонизации, она была переименована. Я употребляю слово Земля для того, чтобы избежать путаницы в нашем с вами общении.

— А ОСА расшифровывается как…

— Объединенные Системы Аливрии.

— Ладно, Эльва, довольно об этом. Опять башка разболелась. Вы что, даже воскресить по-человечески не можете?

— Капитан, длительность вашего плохого самочувствия аномальна. Возможно, это результат экспериментов, проводимых над вашим телом в криокапсуле.

— И что это были за эксперименты? — нервно спросил я.

— Не могу знать, сэр. Информация засекречена даже от меня.

Как же все плохо-то!

Я подошел к скафандру, провел пальцами по гладкой холодной поверхности, закрыл ладонью один из фонарей на груди и немного полюбовался проступающим под пальцами красноватым сиянием. Вроде бы не испытываю чувства нереальности, но от этого не становится легче. Чувствую себя усталым и пьяным — закрадываются мысли, что мне нужна помощь психиатра.

Ладно, отбросить сомнения в своем психическом здоровье и залезть в скафандр — настала пора готовиться к спуску на Эльву Двадцать-четырнадцать.

Скафандр принял меня в себя как родного. На этот раз я не испытывал того ужасного давления, которое навалилось на меня во время «первой примерки». Напротив, когда тела коснулся гладкий и мягкий материал обивки, я ощутил тепло и защиту — наверно то же чувствует еще не вылупившийся птенец. А опустившееся забрало шлема наделило каюту такими красками, слово я оказался в картине одного из великих художников-реалистов.

Взвалив на плечо ракетомет и убедившись, что боезапас полный, я удовлетворенно хмыкнул:

— Ну и где причал корабля?

— Идите по стрелкам, капитан, — отозвалась Эльва и тут же зажгла передо мной уже знакомые стрелки из будто бы спрессованного света. — Однако советую вам сменить оружие на энл-фал.

— Почему? Мне ракетомет понравился.

— Сэр, вы не знаете, с чем столкнетесь на планете, поэтому вам необходима прежде всего скорострельность и маневренность энл-фала, а не разрушительная мощь ракет.

— И тем не менее ракетомет испытать уже довелось, так что возьму его, — отрезал я.

— Тогда советую взять запасное легкое оружие. Боевой нож, пистолет или облегченный дробовик.

— Давай нож, и не будем париться, — сказал я, проходя зал, где вандалы-андроиды во главе с лейтенантом корсаров сделали в стене треугольную дыру.