— Замороженные тела людей, в основном из двадцатого — двадцать первого века. Тогда было модно после смерти проходить процедуру криогеники — замораживать себя и хоронить во льду. Богатенькие дурачки надеялись, что благодарные потомки воскресят их… Их и вправду воскрешают, но только для исследований. Очень удобно, знаешь ли. По нашим законам они доисторические мертвецы — юридически это люди, добровольно пожертвовавшие свои тела в дар науке. Что-то вроде египетских мумий — археологи очень благодарны фараонам за то, что те возвели для себя гробницы. То же и с «кроликами» — когда ученые воскрешают их и проводят на них опыты, это считается в рамках закона. Я видел один документальный фильм… брр! Живых людей, находящихся в сознании, подвергали воздействию зета- и игр-лучей. Зрелище было то еще… не припомню, чтобы когда-либо слышал такие крики.

— Но, сэр, а что эти… «кролики» делают здесь?

— Это же не военный корабль, а научный. Кто знает, какие эксперименты проводят яйцеголовые так глубоко в космосе, но считаю, что лучше в это не вникать. Оставь их, пускай себе дрейфуют вместе с кораблем.

— Так точно, командор. В таком случае, расчетное время окончания работ — десять минут.

— Понял. Я уже возвращаюсь на борт флагмана. После завершения погрузки проверь лично, чтобы никого не забыть, как в прошлый раз.

— Будет сделано.

— Свободен.

Связь оборвалась, и, отвернувшись от мониторов, корсар неспешно зашагал к ближайшему стыковочному отсеку. Впрочем, ему не придется идти долго. Еще несколько часов назад в этом месте не было никакого отсека — пришвартовавшийся на корпус колосса «Непобедимый» лазерным буром прорезал в обшивке многокилометровую дыру, прямо над капитанским мостиком. Еще несколько минут, и сила изменившейся гравитации поднимет адмирала с очередного корабля-призрака. Правда, этот призрак был самым огромным из всех, которых он видел в жизни.

И зачем ученым потребовалось тратиться на этакое чудо? Впрочем, неважно.

«Прощай, мертвый исполин! Вряд ли я когда-нибудь еще раз пройдусь по твоим палубам… Чего, впрочем, нельзя сказать о моих людях…»

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 1

ПРОБУЖДЕНИЕ

Последнее, что я помнил перед тем, как отключиться, был несшийся на меня автомобиль. Я выехал на встречную полосу, превысив допустимую скорость почти втрое, столкнулся с вылетевшей из-за поворота иномаркой и… остался жив? Неужели спасли подушки и ремни? Вот уж никогда бы не подумал. Однако пора открывать глаза.

В первое мгновение ослепил свет. Операционный стол? Непохоже. Больница? Возможно, но какая-то странная. Если зрение не подводит, потолок тут сделан из серебристого металла, стены… из того же материала, вдоль них расставлены какие-то приборы. Нечто, отдаленно напоминающее шкафы-компьютеры из восьмидесятых годов прошлого века, какие-то заводские стенды, непонятные пластиковые насосы — словом, нагромождение вещей, предназначение которых я не мог даже представить.

Повернул голову в другую сторону, но увидел лишь зеркало в полстены и верстак из белоснежного пластика.

Я с трудом напряг непослушные мышцы и сел на кровати… Стоп, на какой кровати?! Я лежу на полу! Что за фигня? И почему я голый?

Превозмогая дрожь во всем теле, я поднялся на ноги и еще раз оглядел помещение. Стена справа действительно загромождена всякой всячиной, слева — верстак и зеркало, прямо предо мной серебряная стена становится черной, образуя нечто, сильно напоминающее шлюз для проезда грузовиков. Полное ощущение, что я стою перед воротами засекреченного военного склада, где-нибудь в горах. Осмотрев гигантских размеров шлюз и не увидев ничего похожего на пульт управления, я наконец обернулся.

И тут, впервые за все время, мое тело отреагировало на увиденное: в горле враз пересохло, а по спине побежали мурашки размером с кулак.

То, что я принял за маленькую комнатушку с огромными воротами в центре одной из стен, оказалось гигантским залом, возможно, даже ангаром, стены которого терялись где-то вдали. Но не это потрясло меня до глубины души. Я увидел сотни стеклянных цилиндров, до краев заполненных льдом, в которых угадывались очертания… Сделав несколько шагов в направлении ближайшего цилиндра, я вздрогнул, когда понял, что не ошибся. Во льду застыл обнаженный человек.

— Твою… — Слова застряли в горле.

Взгляд упал на пустую пластиковую подставку стеклянного цилиндра — самого стекла, как и льда, поблизости не было. Меня осенило. Я понял, почему оказался голый.

— Неужели я тоже был в капсуле?..

— J'farc u'kate. J'farc.[1]

— Что? Кто здесь? — заорал я, вертясь на месте в попытках локализовать источник голоса.

Все это попахивало ночным кошмаром. Непонятно было даже, откуда льется свет, — на потолке ничего, похожего на лампы.

— Кто со мной говорит?! Отвечайте!

— Внимание, — произнес холодный женский голос, — с вами говорит… — повисла небольшая пауза, — система навигации и жизнеобеспечения корабля. Вы понимаете, что я говорю?

Я медленно кивнул, потом поспешно произнес:

— Да. О каком корабле идет речь?