— Ты неисправим Этьен. Вивьен встряхнула одеяло и повернувшись ко мне, забрала в свои объятия вместе с одеялом, что скрыло нас от той ужасной октябрьской погоды.
Не знаю сколько прошло времени, но спал я достаточно долго и когда открыл глаза, то уже был вечер, который ничем не отличался от других таких же вечеров. Я работал барменом по ночам, не всегда, но два или три раза в неделю. Чаевые это мелочь конечно, но это хватало на некоторые расходы и так уж случилось, что в этот раз проснувшись я сразу же оделся, отправился в бар, проработал до шести утра и снова пришел домой. Время пролетело незаметно, да и нечего было его замечать, усталость и постоянные раздумья о том как жить дальше и какие проблемы нужно решать вперед, быстро ускоряют темп нашей жизни, и нашего времени. Так что я вернулся домой в часов семь, приготовил себе простой завтрак и после этого отправился досыпать оставшиеся время до следующей работы, прижавшись к моей милой Вивьен я постарался заснуть. Я уснул вдыхая аромат ее волос, никто может и не посчитает это чем-то таким уж романтичным, но после запаха табачного дыма, алкоголя и прочих неприятных вещей, ты по другому смотришь на такие маленькие радости жизни. Тем более что может быть прекраснее чем запах любимой женщины.
Утро. Снова утро и снова рабочий день, обычно это первое что приходит в голову когда ты отрываешь ее от подушки. Я открыл глаза и понял что Вивьен нет рядом, протирая глаза и периодически зевая, я пытался придти в норму, но пока это с трудом получалось.
— Милая ты где? Вив?
— Я на кухне Этьен, сейчас приду.
Через минуту в комнату вошла Вивьен. На ней была надета моя «новая» рабочая рубашка в среднюю полоску и волнующее любого молодого человека, нижнее белье.
— Тебя больше не греют мои объятия и ты променяла меня на дешевый растворимый кофе?
— Да, конечно — Вивьен улыбнулась и забралась на меня сверху. — Мистер Дюэм, неужели вы ревнуете? — этот тонкий, но очень красивый голос, заставлял дожать все тело.
— Конечно — ответил я и получил в ответ легкую улыбку, после которой, Вивьен соскочила с меня пролив немного кофе на одеяло.
— Я потом все почищу, хорошо? — Слегка потянувшись, я все еще не мог проснуться, поэтому повернувшись на бок и подложив руку под голову, наблюдал как любимая мною красавица, начинает собираться на занятия. Да да, на занятия. Вивьен была моложе меня на три года и сегодня на занятиях в университете очередной профессор будет спрашивать что она сделала за эти дни, а она опустив свои красивые глазки вниз, скажет что не успела так как работала и не могла выполнить все в срок и ей конечно же все это простят, во всяком случае это лучше чем сказать, что она всю неделю не вылезала из постели со своим молодым человеком, и ей глубоко плевать на «политику реконструкции».
— Этьен, ты в порядке? — Вивьен приводила себя в порядок, кофе конечно уже остыл и уже никого не интересовал.
— Да да конечно, просто смотрю на тебя, на твою красоту и думаю, как было бы хорошо, чтобы эта красота снова вернулась в постель и своим прекрасным телом согрела молодого красавца, в это пасмурное утро.
Вивьен отошла от зеркала и забравшись, на кровать прильнула ко мне.
— Знаешь, молодой красавец, тебе уже давно пора надеть свои офисные брючки, отглаженную рубашечку, взять свою сумку и отправиться на работу.
— Знаешь что, молодая красавица, тебе тоже следовало бы побыстрее собраться.
Вивьен поцеловала меня и мы сразу же забыли про разговор, все снова завертелось прежней жизнью, сладкой, романтичной и еще достаточно молодой. Спустя час я все-таки собрался на работу, все равно до нее оставалось достаточно времени. Вместе с Вивьен мы вышли из нашей квартиры, спустились по лестнице и вот новый день наконец-то настал, я отвез мою Вив в университет, а сам отправился на работу, уставший, слегка расстроенный, но все еще довольный жизнью.
Париж квартира Этьена 3 ноября 1999 года.
— Этьен, мне все это надоело.
— Значит тебе надоело и ты решила повисеть на шее у другого мужчины?
— Да, именно так. Мне надоело все это, эта учеба, эта жизнь, мы ничего не видим, никуда не ходим.
— Каждую неделю мы пропадаем на твоих вечеринках, ходим в бар, кино, кафе и это для тебя никуда не ходим?
— Я хочу больше свободы!