Читаем Елизавета Тюдор полностью

Мир больше не принадлежал безраздельно Испании. Островной народ смело утверждался в нем, готовый постоять за свои права в любом полушарии. Нация мужала, становилась крепче и увереннее в себе вместе со своей королевой, к ногам которой ее герои слагали лавры всех своих побед. Источник их воодушевления, их путеводная звезда звалась Елизаветой. Хаклюйт восторженно писал, что она «унаследовала от своего знаменитого отца героический дух и наиславнейшую расположенность» к великим предприятиям.

Но, как это часто бывает, всплеском патриотических чувств и национальной консолидацией англичане были не в последнюю очередь обязаны своему новому врагу — католической Испании. Национальное противостояние, усиленное религиозным, все более превращало Англию в сугубо протестантскую страну, в которой все меньше места оставалось для компромисса с католиками, и воспламененное общественное мнение постепенно лишало королеву возможности маневра.

Протестанты и католики: потерянный рай

В течение первых десяти лет правления Елизавете удавалось сохранять Англию тихой гаванью Европы, где не бушевали религиозные страсти и христиане не проливали кровь христиан. Ее континентальные соседи справлялись хуже. Во Франции с воцарением Карла IX и приходом к реальной власти его матери Екатерины Медичи борьба между гугенотами и католиками то разгоралась, то утихала, смягченная ее политическими маневрами и компромиссами; но конфессиональный вопрос оставался неразрешенным, и страна неуклонно сползала к Варфоломеевской ночи. У испанцев дела обстояли еще плачевней: Нидерланды — самая богатая и развитая часть империи Габсбургов, бриллиант в ее короне — были готовы отложиться от Испании. В 1566 году там началось национально-освободительное движение, переросшее затем в восстание. Реформированная религия — кальвинизм — исподволь пустила здесь глубокие корни, и фламандцы не желали больше отдавать плоды своей богатой земли католическим королям Испании. Филипп II послал в Нидерланды герцога Альбу, бестрепетной рукой подавившего восстание и залившего страну кровью «еретиков», но справиться с ними окончательно ему не удалось; в стране развернулось партизанское движение.

Протестантская Англия, куда было так легко добраться из Нидерландов через узкий пролив, дала приют многим, спасавшимся от террора Альбы. Фламандские эмигранты-ткачи основали целые поселения в Эссексе. Королева Елизавета лично посетила их в Колчестере и пообещала свое покровительство на новой родине. Английские порты неофициально предоставляли убежище фламандским морским партизанам — гезам, которые совершали оттуда налеты на испанские суда. Одним словом, в Англии было в избытке тех, кто мог рассказать об ужасах испанской оккупации и о том, как гибнут на кострах мученики за истинную веру. У англичан еще были слишком свежи их собственные воспоминания о религиозных преследованиях во времена Марии Тюдор. Неизбежно возникали страхи и опасения относительно того, что станут делать испанцы, если окончательно «усмирят» Нидерланды. А что, если они захотят предпринять молниеносный бросок через пролив и начнут интервенцию в Англию, чтобы с корнем выполоть протестантизм в Европе? Опасность казалась более чем реальной. Английским дипломатическим и тайным службам было хорошо известно, что в Испании партия «интервенционистов», сторонников вторжения в Англию, была достаточно сильна, и только здравый смысл Филиппа сдерживал их пыл.