Читаем Элиты в России полностью

В процессе развития общества, его усложнения, верховная власть вынуждена искать поддержки у всё большего количества граждан страны. Если в начале русской государственности хватало опары на традиционное потомственное дворянство, то с течением времени приходилось обращаться за талантами и способностями всё более и более глубинных слоёв. Так самодержавие в конце своего существования искало способных уже в среде разночинцев и купечества. Дальше этого оно пойти не могло по принципиальным причинам. Отчасти поэтому и было свергнуто. К власти рвались низы. И они уже имели достаточный интеллектуальный багаж для реализации своих претензий. Действительно, попытки капиталистического переустройства России привели сначала к коллапсу системы, к уничтожению русской государственности. Есть большая вероятность, что без интегрирующей личности Сталина Россия не смогла бы долго оставаться в качестве единого государства. Сталин воспользовался коммунистической фразеологией для восстановления монархии на новой идеологической основе. Это не была западническая, иудаистская коммунистическая идея, озвученная Марксом. И Ленинизма там, кроме фразеологии не было. Там была всё та же самодержавная государственная политика и практика. Только не на династическом принципе, а на принципе самовыдвижения наиболее энергичных и способных лидеров. Поддержка надзаконной и внезаконной Коммунистической партии обеспечивало её лидеру абсолютную, ничем не ограниченную власть не скованную никакими ограничениями, кроме государственной целесообразности.

Нельзя сказать, что попытки внедрения в советское общество народного контроля и самоуправления не предпринимались, но они носили случайный характер. После смерти (убийства?) Сталина произошёл военный переворот. К власти пришли представители верхушки советского государства. Не имея адекватного и умного самодержца – генсека, боле того, не желая его, они быстренько поделили власть в стране. На кланы. Ниже шла номенклатура, под ней народ. В конечном итоге эти новые элиты стали старыми и восхотели соединится с мировой элитой. Ведь только спецслужбы знали, что это не возможно в принципе. И кто является истинной элитой Запада для номенклатуры было не очень понятно. Советское общество оказалось расколотым, как и старые, естественные общества. А как бороться с ними на Западе очень хорошо знали.

Естественным продолжением демонархии (по А.Фурцеву) в России могло стать только полное и прямое народовластие. Как не парадоксально, но только она могла адекватно управлять страной в сложившейся ситуации. Именно, не «демократия» западного толка, а прямое и непосредственное народовластие. Народовластие естественным образом абсолютизирует полный произвол народа. Не произвол большинства, а произвол общего. Институализацией, оформлением народовластия, с последующим сквозным контролем и следовало заняться спецслужбам страны сразу после Сталина. Сами спецслужбы управлять ни страной в целом, ни отдельными отраслями не могли, да и не их это задача. Их задача сохранение, выявление и разоблачение врагов и предателей, разведка и контрразведка. В том числе экономическая, политическая, хозяйственная, военная и даже социальная. Технические и информационные условия для осуществления прямого народовластия появились уже в 50-х годах. В начале 21-го века они стали уже, я бы сказал, избыточными. Собственно особо ничего и делать не надо. Только отобрать у денег функцию накопления, да настроить статистику на прямой учёт мнений.


Перейти на страницу:

Все книги серии Наивные сказочки

Похожие книги

Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика