Читаем Елена Феррари полностью

Елена Феррари

Глядят на мир двенадцатью глазами,Устали время стрелкой отмечатьНа бесконечном, тягостном экзамене.А рядом в фонаре горит свеча,Вагоны мимо катятся ворчливо,Поют рожки всё те же две-три ноты,И люди неустанно, суетливоНесут свои пакеты и заботы.Часы молчат. Они не могут плакатьОт одиночества. Но ждут они.Спокойно-бледным ликом циферблатаВстречают дальних поездов огни.

Вокзал

В сером, каменном вокзалеГрязный стол был пивом залит.Взгляд ли твой, твоя слеза лиО печали мне сказали?Я одна в пустом вагоне,Ты — за рамою оконной,И в последнюю минутуСлов не надо почему-то.

«Куда мне девать глаза…»

Куда мне девать глазаОт Ваших внимательно-строгих?Какими словами сказатьО радостной новой тревоге?Я привыкла прямо смотреть,Быть свободно-собой всегда,Но в неясном и смутном трепетеВам я глаз не могу отдать.Отчего я Вам письма пишу,Хоть и знаю, что их не отправлю,И на Ваши редкие шуткиМой смех слезами отравлен?Отчего в непонятном смятеньи,В пустоте вечеров одиноких,Я слежу за большою теньюНа экране Ваших окон?

«Тенью серой, тенью тихой…»

Тенью серой, тенью тихойВ кресле Вашем посижу,И часами будет тикатьОпустелых комнат жуть.Мне в стекло балконной двериКлювом зяблик постучит,И заглянут неуверенныеИ ненужные лучи.Стены, сиротливо-строго,Будут мне молчать о Вас,И в поникшем сердце дрогнутЗапоздалые слова.

«Вы уедете и сразу станет пусто…»

Вы уедете и сразу станет пусто;Сердце бедное заледенеет.Пусть и снег лежит и ветер пусть —Мне уж быть не может холоднее.Не изменится ничто вокруг,Все останется по-прежнему,Только я — вступая в новый круг, —Улыбаться буду реже.

«Захлопнутым мышонком сердце билось…»

Захлопнутым мышонком сердце билось.Не смей жалеть меня, не смей ласкать.Луна неловко и несмело торопиласьЛицо свое укрыть за облака.Любить не надо. Мне любить не надо.И не тебе мою рассеять боль.И ночь и этот сад совсем не рады,Что видят нас с тобой.

«От зеркал и стекол зайчики…»

От зеркал и стекол зайчикиСнова пляшут на обоях.Снова теплый луч весеннийПримирит меня с тобою.Я люблю мой путь суровый,Одиночество и волю, —Но весенним ясным вечеромЯ прийти тебе позволю.