Читаем Элемента.N полностью

- Слушаю и повинуюсь, - произнёс Баз нараспев. Похоже, это была его любимая присказка.

            - Что даже предложишь пройти? – улыбнулся Феликс в ответ на Евин широкий жест рукой. И замечание его не было пустым – Ева действительно никогда не приглашала его дальше прихожей, предпочитая проводить с ним время вне этих стен. Она в самый последний момент успела убрать оставленные Дэном на диване вещи. И может быть ей показалось, но обещавший молчать Баз при этом насмешливо хрюкнул.

            - Чай, кофе? – спросила она, не зная, как начать разговор.

            - Нет, спасибо, - отказался Феликс, - что-то мне подсказывает, что ты не кофе пить меня пригласила.

            - Да, к сожалению, да, - сказала Ева, присаживаясь подальше от него на самый край дивана, - Скажи, ты же алисанг?

И судя по тому как глаза его поползли на лоб, это было как минимум неожиданно.

            - Да, кер, - ответил он коротко. И теперь на лоб поползли глаза у Евы.

            - Блондин с голубыми глазами – кер? – удивилась она.

            - Я, честно говоря, сам в шоке, - улыбнулся он, - но вижу, твой новый друг уже неплохо тебя просветил.

            - И давно ты в курсе? – уточнила она.

            - В курсе чего? Что я кер? Что ты тоже прошла инициацию? Или что у тебя есть друг алисанг? – переспросил он.

            - В курсе всего, – нахмурилась Ева.

            - Дня через два после того, как в тебя стреляли, моего отца вызвали для психологического освидетельствования его бывшего пациента. Им оказался тот парень, что в тебя стрелял. А дальше, как говориться, дело техники. Ты же помнишь моего отца?

            В строгом костюме, элегантный седой мужчина с тонким шрамом на щеке – да, Ева помнила, они были похожи с Феликсом, правда, забыла, как его зовут.

            - И отец твой тоже кер? – на всякий случай спросила Ева.

            - Нет, отец мой как раз азур, - улыбался Феликс.

            - Я даже не знаю, о чём тебя ещё спросить, - развела руками Ева, - Всё это напоминает какой-то бред, в котором я живу с того самого выстрела. Все оказываются не такими как они есть. Мой отец какой-то Бог, ты – кер, я должна принести себя в жертву.

            Феликс нахмурился, и тревожная морщинка пролегла между его идеальными бровями. Он еще не успел ничего спросить, а Ева уже продолжила:

            - Я еще не до конца поверила в то, что ты натурал, как ты уже оказываешься асом. Я ничего не понимаю.

            - Давай поподробнее с того момента, что ты должна принести себя в жертву, - продолжал хмуриться Феликс.

            - Да, жертва. Я – жертва! Так написано в каком-то древнем пророчестве, что я родилась для того, чтобы принести себя в жертву и спасти весь ваш род. Всех алисангов, потому что у вас уже всё так плохо, что скоро вы утратите возможность перемещаться и всё, вам каюк.

            - И ты чем-то можешь нам помочь? – задавал наводящие вопросы Феликс.

            - Да, только не знаю, чем, - пожала плечами Ева, - И я не одна. Ты - тоже.

Еве показалось он не удивился, но всё же спросил:

            - Я?

            - Да, потому что ты – Украденный у смерти.

А вот теперь он удивился, и глаза его снова полезли на лоб.

            - Украденный у смерти!? Что это за бред?

            - Я же говорю, всё это похоже на один большой бесконечный бред, и мне всё время хочется ущипнуть себя, чтобы проснуться, но у меня никак не получается. Я так надеялась, что хоть ты что-то об этом знаешь.

            - Хоть я? – снова переспросил Феликс, - Откуда у тебя вообще вся эта информация?

            - От Вещуньи из какого-то далекого прошлого. Она сказала, что я Рожденная от Бога, ты – Украденный у смерти, а еще есть Выросший без отца и Отмеченный войной.

И на последних двух словах голос ее предательски дрогнул, она словно пела-пела и вдруг сфальшивила, и Феликс это заметил.

            - Этих двоих ты тоже знаешь? – спросил Феликс и поменял позу, закинув ногу на ногу.

            - Да, - ответила она односложно.

            - Твой друг мемо и его товарищ вен, - скорее утверждал, чем спрашивал Феликс.

Ева кивнула.

            - Что ещё сказала эта Вещунья? – и Феликс брезгливо сморщился, произнося «вещунья».

            - Я не знаю, с ней разговаривала Виктория. А Вики сказала нам только, что мы должны все собраться и прийти к ней, а лично мне сказала, что я должна умереть.

            И Еве сейчас, когда рядом был Феликсом, все это казалось таким смешным, глупым и ненастоящим, что она улыбнулась и развела руками, словно извиняясь за весь этот цирк.

Но Феликс не улыбался.

            - Ты не умрёшь! – сказал он жестко и встал, - Я ещё не знаю, как, но ты не умрешь!

Он повернулся к Еве и судя по его сверкающим гневом глазам он во весь этот бред верил больше, чем она.

            - Мы не пойдём ни к какой Вещунье! Ни за что не пойдем!

            - Феликс, но тогда весь ваш народ погибнет! – развела руками Ева, - Я же не могу…

            - Ты и не должна! – рявкнул он и Ева отпрянула. Она первый раз слышала, чтобы он орал.

            - Ты ни разу даже не назвала этот народ своим! Вы, ваш, твой – ты говоришь о нем как о чужом народе. Ты даже не чувствуешь себя его частью, - слегка успокоился Феликс.

            - Да, я еще просто не привыкла, - пожала плечами Ева.