Читаем Эль-Ниньо полностью

— Так вот зачем Камачо нужна была «Эклиптика»! — воскликнул Ваня. — Вывезти наркотики! Толково придумано! Нас, убогих жертв кораблекрушения, досматривать не будут! Судьба, видать, наша такая, то браконьеры мы, то наркокурьеры…

— А как же Краснознаменный Тихоокеанский флот?! — вспомнил я. — Это что ж, неправда?!

— Флот в Панаму завернул, за видеотехникой! — хохотнул Иван. — Хотя да, сказка была красивая!

— Хорош бакланить! — оборвал Дед. — Значит, так! Я спущусь вниз. Вы остаетесь здесь, наблюдаете. Если что пойдет не так…

— Дед на секунду задумался, — если что пойдет не так, действуйте по обстановке.

Дед ушел, а мы с Иваном поднялись на пригорок, где было относительно сухо. Рухнули без сил на землю и молча наблюдали за тем, что происходило на бывшем Пляже. Дед собрал вокруг себя всех своих помощников и раздал им указания. Часть из них он направил перетаскивать мешки ближе к воде, а сам с несколькими парнями занялся креплением канатов и ловушек. Люди Леона и полицейские Камачо пинками подгоняли замешкавшихся.

Мимо нас промчался Хосе. Он отлучился, как только мы вышли к океану, должно быть, ходил в Деревню, и вот теперь появился взволнованный, сначала направился к полякам, потом, вместе с Анной, сразу побежал вниз, к Деду.

— Наверное, что-то случилось, — предположил я.

Иван захохотал.

— Ты чего?

Я подумал, он тронулся рассудком.

— Просто представь, — сказал Ваня, утирая слезы, — конец света. Все летит к чертям, рушится, горит. Тут пробегает кто-то с таким вот лицом, как у Хосе. И один человек говорит другому: наверное, что-то случилось?

Я побежал вниз, не дожидаясь, пока Иван отсмеется. Первое, что бросилось мне в глаза — плачущий Хосе. Парень, который не боялся выходить в море в шторм на утлой лодчонке, размазывал по чумазому лицу обильные слезы.

— Дона Карлоса убили! — объяснила Анна. — Леон убил, собственный сын. На глазах у всей деревни. Он хотел узнать, куда старик спрятал золото. Сейчас много людей залезло в Лодку, которую построил Либетрау. Они ждут конца света. Там много женщин и детей. К северу отсюда, в трех километрах, сошел сель. Он перерезал единственную дорогу из Деревни на Ило. По суше выбраться отсюда нельзя, а Камачо отказывается эвакуировать жителей морем. В Деревне осталось полсотни человек. Старики, женщины и дети. Половина из них сидят в Лодке Либетрау. Остальные просятся к вам на траулер. Говорят, что скоро сель сойдет здесь.

— Что же делать? — я посмотрел на Деда.

Я уже привык к тому, что у старшего механика есть готовый план действий на все случаи жизни. Однако сейчас он лишь мрачно курил и покусывал усы.

— Что делать будем, Михал Михалыч? — повторил я.

— А что мы можем сделать? Тут есть своя власть. Вон, полиция уже здесь. — Он кивнул в сторону Камачо. — Они должны своим населением заниматься. Мы-то кто такие?

— Вы же сами видите, какая это власть! Пропадут люди!

— А мы что можем? — заладил свое Дед.

— Надо сказать Камачо, чтобы вместе в грузом эвакуировали людей!

Дед пожал плечами.

Тем временем наверху, на обрыве, показалась группа женщин и детей. Они хотели спуститься вниз, но наперерез им кинулись двое молодчиков с автоматами. Один из них дал очередь в воздух. Женщины и дети заголосили, некоторые попадали на колени.

Камачо направился к Деду.

— Груз на борт! Быстрее! — закричал он.

— Надо сказать ему, пусть грузит людей!

— Я скажу! — сказала Анна. Она выступила вперед и заговорила по-испански.

Камачо не дослушал ее. Отмахнулся и произнес короткую фразу.

— Он говорит, что у него нет приказа эвакуировать людей, и он не будет этого делать.

Крики на обрыве стали громче, женщин и детей там прибавилось. «Партизан» снова дал очередь в воздух.

— Мы должны взять людей, — сказал Дед по-английски.

Камачо сверкнул глазами, жестом подозвал стоявшего рядом Леона, вынул из кобуры пистолет и передернул затвор.

— На корабль! Быстро! — скомандовал он. Леон направил на нас короткий автомат, по его физиономии было видно, что он нажмет на курок с огромным удовольствием.

Мы все посмотрели на Деда. Тот сплюнул и кивнул головой в сторону «Эклиптики».

— Подождите! — сказала Анна. — Сеньор Камачо! У меня есть к вам предложение. Я хочу купить весь ваш груз!

На непроницаемом лице Камачо появилась тень удивления.

— Что? — переспросил он.

— Я знаю, где находится золото нацистов. Я отдам вам половину, но только на определенных условиях.

Камачо приподнял дулом пистолета козырек фуражки и посмотрел на Леона.

— Где золото? — прохрипел Леон.

— Недалеко, — хладнокровно ответила Анна. — Половина ваша. Мои условия такие: золото грузится на ваш катер, меня и господина Манкевича вы берете с собой. Мы отбываем в Ило. Жители Деревни грузятся на траулер, из Ило вы высылаете им навстречу спасательные суда. Груз остается на берегу.

— Где золото? — снова спросил Леон.

— Я сказала, недалеко, — повторила Анна. — Мы туда отправимся, как только сеньор Камачо скажет, что принимает мои условия.

— Анна, ты с ума сошла! — воскликнул я. — Даже если ты найдешь там это золото, они просто убьют вас!