Читаем Эль-Ниньо полностью

Когда мы подошли, парни, до этого о чем-то говорившие, смолкли и внимательно посмотрели на нас. Этот взгляд исподлобья, снизу вверх, длинный и острый, как заточка, еще больше напомнил мне Шанхайку времен школьной юности.

— Здорово, отцы! — шутливо поприветствовал их Олег.

Ответа не последовало. Наш провожатый бросил несколько отрывистых фраз парню с изрытым оспинами лицом и с зубочисткой в углу рта, который, похоже, был у них за старшего. Молча выслушав, старший повернулся к одному из приятелей. Тот проворно поднялся с корточек и скрылся за дверью гаража.

Остальные продолжили нас разглядывать снизу вверх.

— Руссо? — произнес, наконец, парень с зубочисткой, обращаясь к Олегу.

— Руссо, руссо, — кивнул Олег. — Перестройка-Горбачев.

— Уонна герл? — серьезно поинтересовался Зубочистка.

— Чего? — Олег оглянулся на меня.

— Девушку предлагает, — перевел я.

— А, это можно, — деловито произнес Олег. — Только в другой раз. Сейчас плеер нужен. Плеер, понимаешь? — Олег сделал жест, будто надел невидимые наушники.

Зубочистка кивнул. Из ворот гаража показался его приятель с большой коробкой в руках.

— Видео, — объявил Зубочистка. — Вери гуд видео. Фифти бакс.

Парень подошел почему-то не к Титову, а ко мне и, ухмыляясь, протянул коробку.

— Не бери! — строго сказал Олег.

Я и не собирался. Даже убрал руки за спину. Видеомагнитофон за пятьдесят долларов — это как минимум втрое дешевле, чем в магазинах на торговой улице.

— Ворованный, — негромко поделился я своей догадкой с Олегом.

— Сам вижу, — сказал Олег.

— Хэв э лук! — парень протянул коробку Титову. — Вери гуд видео.

— Ноу видео! — покачал головой Олег. — Тебе же ясно сказали плеер! Плеер! — для наглядности он снова тыкнул своими толстыми пальцами в уши.

Зубочистка издал полуцокот — полусвист, и парень молча скрылся с коробкой в гараже.

— Плеер, десять долларов. Десять! — Олег растопырил пятерни.

— Си, си, — спокойно кивнул Зубочистка. — Уонна кокеин, ор маригуана?

При этих словах у меня подогнулись колени. Страшно было не то что переводить, даже думать об этом. Вот они, дебри асфальтовых джунглей, которыми помполиты всех пароходств десятилетиями пугали советских моряков. За три минуты нам предложили ворованную аппаратуру, продажных женщин и вот теперь — наркотики. И это еще не конец. Следуя логике помполитов, сейчас нас должны начать вербовать в иностранные разведки, а в случае отказа зверски пытать.

Я посмотрел на Олега. Он выглядел совершенно спокойным. Расстегнул рубашку и, как ни в чем не бывало, обмахивался ее краями.

Парень вынес еще одну коробку, поменьше. И опять протянул мне.

— А ну, дай глянуть! — Олег взял коробку и открыл ее. — Вот это другое дело! — он достал плеер, красивый, желтого цвета с металлическими вставками.

— Твенти бакс! Вери гуд прайс! — сказал Зубочистка.

— Просит двадцать, — перевел я. Цена и вправду была хорошая, такие плееры я видел в магазинах, стоили они не меньше сорока.

— Перебьется! — сказал Олег. — Сказано — десять. Десять! — он зажал плеер под мышкой и показал Зубочистке десять толстых волосатых пальцев.

— Но, но, но! — покачал головой щербатый. — Ноу дил! Твенти! Парень, который вынес плеер, протянул руки, чтобы забрать коробку, но Олег решительно отстранил протянутые руки.

— Десять! — повторил он.

Зубочистка и второй приятель переглянулись и медленно поднялись на ноги. С усмешками, поигрывая мускулами и будто бы говоря: «Не понимаете по-хорошему, придется по-плохому». Я быстро оглянулся по сторонам. Нас двое, их четверо, и еще неизвестно, кто там в гараже.

— Олег, если не хватает, могу добавить, — предложил я.

— Да ты что, студент! — невозмутимо произнес Титов. — Денег полно. Тут вопрос принципа. — Он, глядя Зубочистке в глаза, неторопливо запустил руку в карман брюк, достал пачку десятидолларовых бумажек. Вытащил одну, скомкал и бросил на землю, к ногам парня, который принес коробку. Зубочистка двинулся вперед.

— Стоять! — прошипел Титов. — Урою на хрен! — произнесено это было так, что даже у меня похолодело внутри. Зубочистка застыл на месте, пригвожденный тяжелым взглядом второго механика.

— Фраера дешевые, — Титов сунул плеер в коробку.

Один из парней вздумал пошевелиться.

— Я сказал, стоять! — рявкнул Титов. Парень вытянулся и зажмурился, будто ожидая удара. — Пойдем, что ли, — кивнул мне Олег.

Мы пошли. Перед тем, как повернуть за угол, я обернулся. Парни стояли в тех же застывших позах. Как четыре классические аллегории — Страх, Удивление, Смятение и Уважение.

— А ты говоришь, не купим плеера за десятку, — сказал Олег, когда мы снова вышли на главную улицу.

Вообще-то я такого не говорил, но про себя, признаюсь, думал.

— Мастер ты торговаться, — сказал я. — И аппарат попался отличный. Только, наверное, ворованный.

— Об этом пусть у ихнего прокурора голова болит, — философски заметил Олег. — Наше дело маленькое. Понравилась вещь — покупаем. Однако, жарко тут у них. — Он вытер пот со лба. — Не пора ли до дому? Или ты чего-нибудь купить хочешь?