Читаем Экзорцисты полностью

– Только не делайте вид, что я вас напугала! – Она хрипло рассмеялась. – Уверена, вам довелось видеть вещи пострашнее. Как вас зовут? Я хочу рассказать своему другу, что я вас видела.

Я посмотрела на Роуз, но даже она выглядела ошеломленной. Между тем мама начала сильно кашлять в кабинке – обычно она так никогда не кашляла.

– Давайте! Я Шана. Видите, я сказала вам свое имя. А теперь назовите мне свои.

– Я Сабрина, – сказала сестра, посмотрев на меня и приподняв брови. – А это моя сестра… Эсмеральда.

Кто бы мог подумать, что Роуз запомнила имена, которые я дала своим лошадкам? Я вспомнила, как они стоят на полке над моим письменным столом, и наш дом показался мне безнадежно далеким.

– Какие чудесные имена для хорошеньких девушек, – снова заговорила официантка. – Как жаль, что у меня нет фотоаппарата, чтобы снять вас с вашими родителями. Но кто же знал, что я встречусь со знаменитостями в таком жалком месте? Могу спорить, вы обе можете многое рассказать, правда?

Мама в кабинке стала кашлять так сильно, что мне показалось – еще немного, и ее вырвет.

– Ма, – позвала я. – Ты в порядке?

– Ма, – повторила официантка, словно это слово ее поразило. – Кто бы мог подумать, что такой человек может быть матерью?

– Что вы имели в виду, когда сказали «такой человек»? – спросила Роуз.

Официантка не ответила. Она подошла к раковине, где сидела, прислонившись к стене, Пенни, чьи бело-красные полосатые ноги свешивались вниз.

– Расскажите о ней, – попросила официантка, наклоняясь к Пенни, чтобы более внимательно ее рассмотреть.

– Она спит с ней с самого рождения, – сказала Роуз, стараясь говорить так тихо, чтобы мама ее не услышала. – Никуда не ходит без нее. В том числе и в туалет.

За стенкой кабинки стало тихо. Я посмотрела вниз и увидела простые мамины черные туфли без каблуков.

– Ма? – снова позвала я.

– Да, – кротко отозвалась она.

– Ты в порядке?

– Все хорошо, Сильви. Не беспокойся. Меня немного укачало в машине. Ничего страшного. Дай мне минутку, и я стану как новенькая.

– Но я слышала, как ваша мать говорила, что ее никому лучше не трогать, – говорила официантка моей сестре, когда я снова повернулась к ним. – Почему так? Она… не такая?

– Ничего подобного. – Сестра приблизилась к Пенни и еще сильнее понизила голос. – Она не хочет, чтобы мы ее испачкали. Но у вас чистые руки. Так что давайте, потрогайте ее.

– Роуз, – сказала я.

Моя сестра посмотрела на меня.

– Кто такая Роуз?

– Я хотела сказать, Сабрина. Не думаю, что тебе следует…

– Не обращайте на нее внимания, – перебила меня Роуз, глядя на официантку и окончательно переходя на шепот. – Эсмеральда всегда была мнительной. У вас чистые руки. Так что давайте. Потрогайте ее, если хотите.

Я смотрела, как официантка наклонилась, приблизив лицо к Пенни.

– Привет, куколка, – сказала она едва слышно. Протянув руку с обкусанными ногтями, она погладила рыжие волосы, которые не успела оторвать сестра. – Когда моя дочка была маленькой, она играла с такой же куклой, как ты, только поменьше.

Пенни смотрела на нее с неизменно равнодушным выражением лица.

– Странно, – сказала официантка.

– Странно? – повторила Роуз.

– Ну, я хотела сказать, что это обычная Тряпичная Энни[44]. По десять центов за штуку. Но ваша… кажется другой. Я даже не знаю. Может быть, дело в отметинах.

– Отметины? – переспросила Роуз.

– Отпечатки пальцев. У твоей куклы они повсюду на шее. Или там, где должна быть шея. Наверное, это просто шов в том месте, где голова пришита к телу. Но создается впечатление, что ее кто-то душил.

Я подошла поближе. Официантка была права: я увидела серые пятна возле шва, соединявшего голову Пенни с телом.

– К тому же у нее изысканный золотой браслет вокруг запястья. Выглядит так, словно кто-то – одна из вас, наверное, – ненавидит и любит ее одновременно.

Мы с Роуз промолчали.

– Ну, если я не хочу, чтобы меня нашли с отпечатками пальцев на шее, – сказала нам Шана, – мне пора работать. Приятно было с вами познакомиться, девочки. Надеюсь, вашей маме стало лучше.

И мы остались в туалете втроем. Я снова спросила у мамы, все ли с ней в порядке. Теперь ее голос прозвучал увереннее, и она сказала, чтобы я перестала волноваться, просто ее немного тошнит после слишком долгой поездки на машине. Я повернулась и посмотрела на Роуз, но та опустила взгляд.

– Та женщина ушла? – спросила мама из кабинки.

– Да, – ответила я.

– Она не трогала Пенни?

Роуз продолжала изучать свои руки, поэтому я дала маме ответ, который она хотела получить.

– Официантка только на нее смотрела, – сказала я.

В это время Роуз отошла к раковине, которая находилась максимально далеко от Пенни, выдавила на ладонь жидкое мыло, пустила горячую воду и начала тереть руки. Когда я спросила у нее, что она делает, Роуз ответила, что у нее жирные руки после попкорна и шоколада, который мы ели в кинотеатре днем, но я знала, что причина совсем в другом.