– Прославиться? – Он снова прислонился к стене, и я видела, что дождь промочил его волосы и капает с ресниц. – Пожалуй, было бы хорошо показать им, на что я способен.

– Кому?

– Моим родным.

Мои мама и папа редко рассказывали о семьях, в которых они выросли, и я про них почти ничего не знала, кроме того, что они уже умерли. Единственным знакомым мне родственником был брат отца, дядя Хоуи.

– Но они же умерли, папа.

– Родители никогда тебя не покидают, Сильви. Наде-юсь, когда-нибудь ты это поймешь, но еще очень не скоро. Однако я имею в виду не только родителей. Наверное, было бы неплохо доказать кое-что твоему дяде. Не говоря уже о тех людях, которые потешались надо мной, когда я рассказывал им, что мне довелось видеть. Но самое главное, я хочу надежности для нашей семьи. Иметь возможность отправить тебя и Роуз в колледж. Впрочем, тебе не стоит беспокоиться о подобных вещах.

В этот момент в небе раздался раскат грома и полыхнула молния.

– Намек, – заявил отец, выбираясь из бассейна. – Пошли, головастик. Пора на сушу.

Я подплыла к нему, и мне вдруг захотелось поднять вверх руки, чтобы он вытащил меня из воды, будто я снова стала маленькой. Но я вспомнила про его спину и поспешила к лесенке. Когда мы мчались к нашему номеру, шлепая мокрыми ногами по дорожке, я подумала про маму и ее предчувствия о предстоящем вечере. Но она стояла в дверях комнаты на втором этаже совершенно спокойная, и никто не заподозрил бы, что она обеспокоена. Она улыбнулась, когда мы подбежали, и обернула нас жесткими гостиничными полотенцами. Помогая нам вытереться, она поцеловала меня в лоб, потом отца и только после этого закрыла дверь, оставив снаружи дождь, грохочущий гром и вспышки молний, сверкавших на дневном небе.

Там, в темноте

Обычно каждый год моего отца приглашали накануне Хеллоуина в Остин, штат Техас, прочитать лекцию. За них платили лучше всего, но отец их терпеть не мог. «Тем, кто приходит на лекции, совершенно не интересна тема», – жаловался он, упаковывая коричневые костюмы, желтые рубашки и таблетки от болей в спине, в которых возникала нужда в самолете с неудобными сиденьями. Раньше мы с Роуз всегда говорили, чтобы он не забыл привезти нам что-нибудь из поездки, и всякий раз он возвращался и говорил, что забыл. Отец показывал нам пустой чемодан и даже тряс его, чтобы доказать, что внутри ничего не завалялось. И только когда мы уже совершенно точно знали, что он забыл, он смеялся, засовывал руку в какое-нибудь отделение и доставал фигурки девочек-ковбоев, пластмассовые кактусы или еще что-нибудь.

На следующий год мы снова напоминали ему про подарки, когда он собирал вещи и все так же жаловался матери: «Эти зрители хотят только дешевых ужасов фальшивого Драгомира Альбеску с дурацкими кольцами на пальцах, который рассказывает про встречи с призраками и гоблинами во время поездок домой в Румынию. Никому не интересно послушать настоящего священника католической церкви, который обладает настоящим знанием и годами опыта обращения с паранормальными явлениями».

Моя мама отвечала ему своим самым ласковым голосом, доставала его одежду из чемодана, складывала более аккуратно и возвращала на место.

– Будь это так, дорогой, организаторы не приглашали бы тебя на лекции каждый год.

– Ну да, может, все-таки наступит такой момент, когда они поймут, какую совершают ошибку. Невероятно унизительно. Я бы попросил поставить меня в пару с кем-нибудь другим, но, боюсь, дело закончится тем, что мне придется вступить в полемику с Эльвирой, Госпожой Мрака. А это все равно что оказаться на самом дне.

– Какой Эльвирой? – спросила мама.

– Не важно. Тебе лучше про нее не знать.

– Ты уверен, что не хочешь, чтобы я поехала с тобой? В конце концов, мы же команда.

Отец забирал у мамы рубашку и откладывал в сторону. Потом брал ее руки в свои и смотрел в глаза.

– Хватает того, что мне приходится выступать на одной сцене с человеком, разбирающемся в данном вопросе примерно как уличный предсказатель судьбы. Я не допущу, чтобы ты, в такой же степени профессионал, в какой он является фальшивкой, играла с ним вторую скрипку.

После чего отец заявлял, что больше не желает обсуждать эту тему. Они заканчивали собирать его чемодан, и он шутил, что ему следует прихватить с собой восковые клыки и флакон с фальшивой кровью. Он уезжал в аэропорт, и настроение у мамы менялось к лучшему. Она любила ходить с нами по домам во время Хеллоуина, и, несмотря на то что на Баттер-лейн не было других домов, она каждый год отправлялась с нами в Балтимор – всего двадцать минут езды, и мы разгуливали по узким улочкам Резервуар-хилл, где они с отцом жили в крошечной квартирке, когда только поженились.