- Никто не выдавал, мы сами, - сказал я.

- Значит, вам же хуже, только церковь дает лицензии на устранение таких тварей, а ты вмешался в мою охоту. И теперь я не получу своих денег, - возмущенно произнес старик.

- А нахрена вы ей голову отрезали? - раздраженно бросил я в ответ на претензию моего нового знакомого.

- Ты мне тут не скалься, рули давай, и повнимательнее, а то, знаю я вас, молодых да быстрых, - прервал меня старик, - А голову положено предоставить конклаву, как доказательство выполненного контракта. Да и положено вампирам башню рубить, а то может встать из могилки и дел наворотить.

- Понятно, а что за конклав такой? - поинтересовался я.

- Слишком ты любопытный для прислужника, - сказал Старый.

- Еще раз повторю, - сказал я, тяжело вздыхая, - я не прислужник.

- Ну, тогда я - мать Тереза, - усмехнулся человек.

В машине воцарилось молчание, которое изредка прерывалось звуком переключения передач. Минут через пять мы выехали к светофору и повернули на Новолипецкую.

- Странный у тебя след на ауре, как будто клеймо, я не встречал таких печатей раньше, - снова произнес Старый.

- А я не встречал еще пенсионеров, которые с ружьем партизанят среди гаражей, - решил я подколоть собеседника.

- Партизанить, говоришь, - задумчиво произнес человек, - Можно и так назвать.

- Мы приехали, - сообщил я спутнику, заворачивая к дому, - Учти, ей может не понравиться, что ты с ружьем, поэтому, советую убрать оружие.

- Я сам решу, ты давай, двигай, - спокойным голосом произнес Старый, когда мы выбрались из машины.

- Сейчас, машину закрою и пойду, сказал я.

Старый наблюдал за мной с определенной долей опаски, видимо, он видел, что у меня есть нож, вот только толку? Нож против дробовика совсем не канает.

Я прошел на порог дома и открыл дверь. Надеюсь, он не пристрелит Халфассу, как только её увидит. Надо дать девушке понять, что я под прицелом, только вот как?

Старый тихо прошел за мной следом. Девушка встретила меня в прихожей и с интересом принялась рассматривать старого, а затем произнесла:

- Смотрю, ты притащил домой верного пса конклава, вот не сиделось тебе спокойно. Гони его прочь, как-нибудь без церковных прихлебателей разберемся, - бросила она, когда раздался выстрел.

Девушку швырнуло через половину коридора и впечатало в дверь кладовки. Я попытался было спрятаться в другой комнате, но понимал, что безнадежно опаздываю. Старый уже наводил ружье на меня, когда Халфасса ловким ударом подсекла ноги противника. Очередной заряд дроби угодил в стену, но часть, все же, задела меня, и я, схватившись за бок, повалился на пол. Падая, я ухватился за оружие и попытался выдернуть его из рук старика.

Старый с перекошенным от злобы лицом ударил меня кулаком, и я отлетел к стене.

Атака демонессы была куда более удачной, чем моя, несколько сильных ударов, и бесчувственное тело старика рухнуло на землю. Демонесса развернулась ко мне и с ее одежды с тихим шорохом осыпалась расплющенная дробь.

- Тащи веревки, у нас сегодня необычный гость, и радуйся, что он не грохнул тебя раньше, чем это сделают твои враги.

- Не могу, - простонал я, лежа на полу и чувствуя, как сознание меня покидает.

Глава 9

- Демоны ада, - пророкотала демонесса и, вкинув руки вверх, пробормотала какую-то тарабанщину, - Так-то лучше, - произнесла она, но, заметив, что кровь не остановилась, решительно подошла к старику и мощным ударом пробила ему грудную клетку.

Рука девушки появилась из тела старика, сжимая его сердце, которое судорожно сокращалось.

- Открой пасть, - произнесла она и принялась разжимать мою челюсть.

Мои слабые попытки сопротивления не были замечены, и девушка затолкала сердце прямо мне в глотку.

Соленый вкус влажной и противной человеческой плоти наполнил мой рот и я попытался выплюнуть эту мерзость обратно, но демонесса, наложив ладонь поверх моего рта и прижав меня к полу, начала произносить что-то на неизвестном мне языке.

- Не вздумай, - произнесла она, когда заметила, как я пытаюсь исторгнуть из себя человеческую плоть, - Картечь с заговором на крови, поэтому, иного выхода, кроме как сожрать его сердце, у тебя нет.

Сознание начало ко мне возвращаться и я, сделав нечеловеческое усилие, проглотил ком в горле.

- Вот и молодец, я и так тебе изрядно помогла, уменьшив его до разумных пределов, - сообщила она, - А теперь тащи веревку, надо будет допросить его дух, а я пока придержу его душу, чтобы она не упорхнула, - сообщила девушка, руки которой налились призрачным зеленоватым светом.

- Кто это? - спросил я демонессу, которая одной рукой обшаривала тело старика, а второй делала какие-то сложные пассы.

- Это экзорцист из церковного конклава, в данном случае, наемный, - девушка продемонстрировала мне небольшой медный медальон.

Я, кряхтя и пошатываясь, поднялся с пола. Раны на моем боку не было. Лишь слегка розоватая кожа, да изрядная дыра в одежде подтверждали, что мне не померещилось.

- Тащи веревку, нужно связать его труп, кто знает, какие на нем посмертные чары.