Читаем undefined полностью

В одной из комнат, когда я увидел, что ждёт Вила, просто снесло крышу: детское порно с издевательствами и пытками, продажа на органы и в рабство. Всё это, как на витрине, как трофеи было выставлено в одной из комнат — фотографии, видеозаписи, даже экраны с планами, кого и куда отправить.

Всё это тогда просто застелило глаза. Мало того, что эти уроды продавали пацанов и девчонок на Нову и просто заказчикам, они делали всё это и сами. Главное, чтобы «товарный вид» сохранялся более-менее.

Когда я увидел детские бордели на Нове, ощутил примерно тоже самое, только некого было убить на месте.

— Эй, ты чего? — Вил щёлкнул пальцами.

— Всё в порядке, — я мотнул головой. — Так, вспомнил кое-что.

— Ян. Просто живи дальше, — пацан легко улыбнулся. — Это нормально, что каждый остаётся там, где ему место.

— Но, как бы сказать. Я оказался тут совсем один и не хотел бы, чтобы все разбежались, исчезли.

— Ну да, Сеть уже отменили и вообще, сейчас ты попадёшь в Оптимус и всё. Больше никогда не встретимся, — Вил рассмеялся.

Вил был прав, но когда вываливаешься в чужой мир, с голой задницей, в прямом смысле, то такие люди как Вил, Нейтан (хоть и не совсем человек), Рик и остальные, становятся маяком, что всё реально, и что хоть для кого-то ты не пустое место.

— Хорош грузиться, — Вил спрыгнул с камня и подошёл поближе. — Всё нормально. Раз ты уже решил для себя, то делай.

— Спасибо, — я снова протянул ему руку.

— И тебе, брат, — Вильям широко улыбнулся. — Я правда тебе очень благодарен.

Приятно было слышать эти слова. Несмотря ни на что, Вил вообще перестал быть левым пацаном с улицы, и за его судьбу как-то переживалось даже больше, чем за свою собственную.

В общих чертах проблемы Вильяма были решены — ему больше не приходится постоянно работать на Чжоу, какие-то подвижки с обучением, матери помог.

Пацану двенадцать, а он уже сделал так дохрена всего важного.

— Всё там?! — крикнул Слай, которому, по ходу, наскучило сидеть на берегу.

— Да! — ответил Вил. — Я уезжаю.

Слай быстрым шагом подошёл к ним.

— Давай пацан. Не теряйся, — Слай пожал ему руку и запрыгнул на прокатный гравик.

— И вы тоже, — он кивнул. — Ещё встретимся.

— Ещё встретимся.

Запрыгивая на гравик вторым номером, я почему-то подумал, что это обещание исполнится совсем не скоро. Потому что слишком многое вскоре предстояло сделать, и чем всё закончится, пока что не ясно.

И тут уже совсем не важно, насколько я сам Фрейсон, пусть и на ноль процентов, но моё положение во всём этом уже обозначено, отступать поздно, да и нет никого желания.

***

Вот уже третий день подряд Агата следила за передвижениями прислуги и охраны за дверью. Двенадцать ночи, половина второго. Слуги приносили еду в девять утра, затем в два часа, в восемь вечера. Охрана удалялась перекусить на полчаса между тремя и четырьмя часами дня. Смена в шесть вечера — примерно пятнадцать минут.

Она слушала и запоминала, хотя, что происходит на территории и других этажах вообще невозможно было сказать, а значит, пытаться бежать довольно опасно. Хотя, Григорий вряд ли отдал приказ стрелять на поражение, но рисковать жизнью и здоровьем Регины не хотелось. Если бы только можно было снять блокиратор.

Простые попытки снять блок на Сеть в ID тоже не увенчались успехом, нужен был кто-то поумнее, но пока что никого из приходящих слуг не удалось разжалобить или подкупить. У неё осталось дорогущее кольцо Фрейсонов, с большим драгоценным камнем. Побрякушка стоила баснословных денег, особенно, если продать на чёрном рынке, но увы, то ли слуги Адлерберга были предельно преданными, то ли за ними тоже следили в оба. В таком случае да, ни одно кольцо не стоит жизни.

У слуг, насколько она могла понять, было три смены. Первые две не повелись на подкуп, но, может кто-то из третьей? Пусть не помогают бежать, пусть хотя бы разблокируют доступ в Сеть. Она могла был связаться с тем парнем Слаем или сразу найти Яна Бланка.

Только вот что ему рассказать? Всю правду? Агата и сама не до конца знала эту самую правду. Марка она найти вряд ли сможет. В дверь постучали, а затем вошёл Григорий. Агата бросила взгляд на сопящую Регину, но она не проснулась.

— Ничего не надумала? — он без приветствий прошёлся по комнате и плюхнулся в кресло.

— Чего мне надумывать? — Агата скрестила руки на груди. — У меня нет никаких нужных сведений.

Кое-что, конечно, было. В тайной частной ячейке в одном из хранилищ Нодал-Сити, но и на тех документах Григорий не сделает состояния. Всё, что было важно находилось только в голове Марка. А вот о самом Григории в той ячейке были кое-какие сведения: как он технично убирал своих же союзников, как отъедал слишком большую часть прибыли, которую договаривался делить с теми корпоратами, которые потом решили убрать Фрейсонов с дороги.

— Такое чувство, что ты хочешь просидеть тут вечность, — Григорий покачал головой.

— Приступишь к шантажу и пыткам? Будешь угрожать мне или Регине? Я, конечно, знала, что ты мразь, но это слишком низко, — она невесело усмехнулась.

— Не буду. Пока что, — Григорий о чём-то ненадолго задумался. — Ладно. Немного ещё подожду.