Читаем Эксперимент полностью

«Хотела сделать хорошо, а получилось, как всегда все не так, да еще и поругались. Кто мешал мне посмеяться вместе с ним, я ведь действительно не умею готовить, чего злиться-то? Я неуравновешенная идиотка, надо было убить меня у этой стены, потому что я не могу извиниться, я не хочу этого делать. Ведь это не я порезала ему руку, он сам схватился за лезвие… Да кого я обманываю? Я безобразно себя повела, но и сделать с этим ничего не могу, он тоже виноват, мог бы и не смеяться…мог бы сделать вид, что все нормально! А теперь одна сплошная обида и испорченный вечер и ужин! И это за десять дней до нашей первой совместной годовщины. Может на ней мы и помиримся…Хотя, если он подойдет первым и извиниться, то я отвечу ему тем же. Но в данный момент меня сжирает злость, я готова растерзать его, только сил бы хватило! Как же тяжело принять чужой смех, невозможно! Так больно и стыдно, когда смеются надо мной. Научиться смеяться над собой было бы просто незаменимой штукой, тогда количество ссор бы сократилось вдвое. Ведь он чаще всего меня высмеивает, не более…а я что делаю? То, из-за чего потом приходится извиняться, причем мне, потому что он в меня кастрюлями и ножами не кидается. Я хочу уметь смеяться над собой, а не только над другими… Это очень ценное умение! Но я этого не умею и даже знаю почему, потому что слишком самовлюбленная, и считаю, что над моим недостатками смеяться никому нельзя, а уж тем более мужскому полу. Потому что я выше всех, и надо мной просто смеяться нельзя…Но это же действительно смешно, я выше всех и не умею делать, то что умею делать все, а раз умеют все, значит это элементарно. Можно конечно из этой ситуации выйти не намочив перья, сказав, что я выше всех, потому что элементарные вещи – это не для меня, а для простых смертных. Но Левиафан – не простой смертный, а жрать умеет готовить, причем получше, чем шеф-повара в некоторых ресторанах. Он прав, это все красота. Ничего хорошего нет в том, чтобы быть красивой. Мужики пускают слюни, бабы ненавидят, а я хожу и горжусь своей внешностью, и даже не умею мясо пожарить! Зато красивая! Да тут плакать надо, а не смеяться. Это он вообще молодец, что рассмеялся, а не разрыдался, увидев убожество, в виде мня на кухне. Но все равно он был не прав!»