Читаем Эксперимент полностью

– Почему ты так говоришь? Если бог – миф, я еще теоретически могу согласиться, так как верю, но инопланетяне вполне могут оказаться реальными. Ведь в космосе несчетное количество галактик и планет, и если ты их не может видеть, это не значит, что их нет. Ты не видишь, кто конкретно кидает ножи, но кто-то же их кидает, значит, оно существует. Также и в какой-нибудь галактике, которую мы не можем увидеть в телескопы. Это не значит, что ее не существует, и также не существует какой-нибудь планеты, густо населенной кем-то. Ты слишком материален, ты веришь только в то, что можно потрогать. Это же не правильно. Ты же не можешь потрогать воздух, но ты им дышал половину тысячелетия, и он есть, и это доказано. Тебе не скучно так жить, ни во что не веря, а только видеть какой-либо материал?

– Я верю только в то, что видел сам лично. То есть с придурковатыми призраками или духами, сталкивается каждый человек в своей жизни. И то, я довольно таки скептично к этому отношусь. Потому, что есть замечательная наука – физика, в которой, я, к сожалению, не достиг серьезных успехов (но у меня есть время это исправить, если она сильно заинтересует меня). И эта наука объясняет очень большое количество странных вещей, которые, например в XVII веке казались невозможными, и люди их боялись и бегали с крестами, и молились своим богам. Неужели ты думаешь, что когда человек впервые увидел шаровую молнию в доме, он сразу же понял, что это и как работает? Я тебя уверяю, что нет! Недавно стало известно, что это всего лишь сгусток энергии, очень опасной. То есть ты не права в том, что если «что-то» увидела или почувствовала, и не знаешь что это, не значит, что это «что-то» мистичное. Возможно, что такому явлению просто пока нет научных объяснений, но это не какая-то тварь, прибывшая с того света, чтобы напугать тебя до смерти!

– Ну, Левиафан, с тобой просто невозможно разговаривать! Ты всегда отвечаешь мне наперекор. Чтобы я не сказала, у тебя все с точностью наоборот! Хоть бы раз с чем-нибудь согласился! – обиженным голосом проскулила Лилит, вертясь словно юла на его колене. Он улыбнулся и усадил ее удобнее.

– Милая, а разве это плохо, что у меня есть свое мнение на жизнь? Ты не должна осуждать меня за это! В противном случае, диалог у нас с тобой бы не получился, потому что я бы вечно поддакивал и соглашался с тобой во всем, и даже с чушью, которую ты иногда говоришь! – Левиафан смотрел на нее сверкающими глазами, полными радости и довольства. Лилит слезла с него, надела туфли и впилась глазами.

– Иногда мне так хочется обозвать тебя каким-нибудь не хорошим словом, вот именно сейчас у меня такое желание…

– Иногда ты это делаешь, бьешь, кидаешься чем-нибудь, чего ты жалуешься? У тебя прекрасная жизнь, которая еще к тому же и продолжается. Хотя был бы кто-нибудь другой на твоем месте, его тело бы уже разъели черви.

– Пустые угрозы! Пустая болтовня! – усмехнулась Лилит. Она окинула его странным взглядом и наклонилась к уху. – Ты не можешь мне ничего сделать! И я это знаю! – прошептала она и в доказательство своих слов, надела туфли и погрузила шпильку в ногу вампира.

Ухмылка мгновенно куда-то исчезла с его лица, и он поморщился от пронзающей боли. Ему хотелось даже вскрикнуть, но он сдержался, чтобы не доставлять удовольствие своей даме. Как только боль слега унялась, Левиафан погрузился в ярость.

– Я так хочу ударить тебя, ты даже не представляешь, как сильно это желание! Стоять! – он вскочил и схватил за руку уже убегающую девушку. – Трусливый ты мой кролик. Мозг думает, что ты нечто такое и тебе невозможно ответить, но зато твои инстинкты явно показывают, что они боятся за твое здоровье, иначе ты не попыталась бы убежать! – Левиафан крепко сжал ее запястье, поворачивая руку.

Лилит показалось, что ее кости перемалываются в труху. Но вампир продолжал выворачивать руку, разглядывая ее лицо с невозможной жалостью.

– Мне больно, – не выдержала, наконец, Лилит и перестала сопротивляться.

– Я знаю, милая, знаю! – улыбнулся он и сместил вывих еще на пару миллиметров.

Лилит начала извиваться, стараясь испытывать как можно меньше болезненных ощущений.

– Тц, – цокнула она, хмуро посмотрев на него, надеясь, что он встревожится или как-то испугается за ее здоровье и отпустит руку.

Но вот только Левиафан стоял с безразличным лицом.

– Еще одно движение, и у тебя будет перелом! – тихо прошептал он.

Лилит ничего не ответила, только гордо вскинула голову и пристально посмотрела ему в глаза. Несмотря на то, что в глазах у него стояли редкие мужские слезы, взгляд был полон решимости.

– Это блеф Левиафан, и мы оба это знаем…

– А я вот не уверен…Знаешь, ты можешь обижаться, ненавидеть, мстить, но я больше не могу нежно обращаться с пустотой. Ты безнравственно плюешь на нежность, все ее лицо уже в слюнях, и ей это совсем не нравится, она не успевает отмываться. И мне это тоже не нравится! Ты не ценитель хорошего отношения к себе, так что… извольте, мисс! – Левиафан повернул руку, кость хрустнула, и девушка закричала и опустилась на асфальт, прижимая к себе сломанную руку.