Читаем Эксперимент полностью

Она весело сбежала вниз, топая босыми ногами по полу. Лилит бежала, как будто была в поле, иногда весело подпрыгивая. Солнечные лучи, проходящие сквозь оставленные щели между шторами, бежали вместе с ней. Лилит уже почти забежала в кухню, как внезапно остановилась. Краем глаза она увидела белый конверт, лежащий на полу.

– Что это? – спросила она тишину дома и подобрала конверт: письмо было из Испании.

– Жаклин! – радостно вскрикнула Лилит и побежала еще быстрее на кухню за чаем, совершенно забыв о завтраке.

Через пару минут девушка уже сидела в кресле, весело болтая ногами, и открывала конверт. Письмо было написано ровным подчерком, зелеными чернилами, соблюдены поля и много закорючек в буквах.

– Ты педанткой стала, Жаклин? – улыбнулась Лилит и принялась читать.

«Красивый цвет – зеленый? В Испании все зелено! Никогда раньше не обращала внимания на зелень!

Привет Лилит! Привет Левиафан!

Сегодня пятое июля, ровно месяц, как я уже живу в этой чудесной стране, о чем еще ни разу не пожалела. Мои окна всегда открыты настежь, пропуская яркое солнце, позволяя ему подпитывать меня.

Я хорошо устроилась здесь, обустроила дом и нашла себе новую любовь. Пока мы с ним плохо понимаем друг друга. Он испанец, а я еще не очень хорошо говорю по-испански, но я стараюсь! Язык быстро учится, когда человек находится все время с говорящими. Но писать на нем я вообще не могу…пока что. Испанцы так быстро говорят, так спешно! Представь, что я улыбаюсь сейчас, потому что я действительно улыбаюсь! И когда они говорят, я стараюсь запоминать всю фразу целиком, ибо я даже не понимаю, где начинается, а где заканчивается слово. Мило, правда?

Мою любовь зовут Хоссе. Он очень красивый, смуглый брюнет. Пару недель назад я, с горем пополам, объяснила ему свой маленький секрет. Видела бы ты его глаза, Лилит! Но потом он успокоился. Иногда я пью его кровь, он с радостью делится ей со мной. Сейчас мы живем вместе, и мне как-то уже не так одиноко, как в первое время. Я познакомилась с соседями. Они очень милые люди, и все время вежливо общаются со мной. К сожалению, я не могу понять их речь дословно, но по интонации мне кажется, что они настроены дружелюбно. Я нигде не работаю, пользуюсь методом Левиафана, но об этом мой смуглый брюнет не знает. Питаться стараюсь подальше от дома, чтобы не привлекать к себе внимания. Тебе…Нет, вам обязательно нужно приехать сюда, Лилит, ты не пожалеешь об этом! Это потрясающее место! И к тому же, оно очень быстро помогло мне оправиться и не вспоминать о Марке, потому что голова все время думает о другом.

Я сильно соскучилась по тебе, возможно даже чуть-чуть по Левиафану, но ни капли по родному городу и стране. До этого момента, я считала себя патриоткой, но сейчас я поняла, что это не так! Я ненавижу мой город! Он отнял у меня все! Но не будем о грустном, я не хочу вспоминать об этом и думать. Моя рука отказывается писать об этом.

Хотелось бы знать, как у вас складываются ваши сумасбродные отношения? Вы еще не поубивали друг друга? Надеюсь, что мое письмо дойдет живым людям. Надеюсь, что ваши горячие темпераменты не довели вас еще до безумия, что ваши конечности и головы все еще на своих местах. Напиши мне дорогая, как ты там?

На этом я заканчиваю писать, потому что сказать мне больше пока нечего, кроме того, что я уже написала. Я жду ответа от тебя в ближайшем будущем.

Люблю. Целую. Жду.

Пятое июля.

P.S. я передам привет своему жгучему мучачо от тебя!

Ждем вас в гости!»

Лилит дочитала письмо и улыбнулась. Впервые, она почувствовала, что за ее спиной стоит вампир. Впервые, он не сумел подкрасться к ней, возможно, потому что не хотел.

– Доброе утро, милый! – циничным голосом произнесла Лилит, даже не оборачиваясь.

– Хорошо, что уже даже спина чует меня! – улыбнулся он. – Как дела у Жаклин?

– Как ты узнал? – удивилась Лилит, резко развернувшись к нему.

– Моя интуиция намного сильнее твоей. Я даже сам могу ответить на свой вопрос. – Расположившись в кресле, протянул Левиафан. – Я уверен, что у нее все хорошо, что скорее всего, она уже нашла с кем провести первые десять лет, но возможно решит даже блуждать с ним вдвоем в вечных тенях, после того как выучит испанский! Жаклин чертов однолюб, но с непреодолимой страстью и бесконечным желанием. Она не сможет остаться одна даже на год. Да какой там, на год, на полгода, на месяц!

– Она изменилась, Левиафан. Я это вижу по письму, я чувствую. Ее подчерк уже не такой беспорядочный и взбалмошный, как раньше, сейчас он ровный и красивый. Знаешь, как будто у нее все изменилось, так же, как подчерк. Все улеглось и успокоилось, хаос исчез, бардак разобрался. За два месяца она стала взрослее на двадцать лет. Никогда не думала, что она сможет так быстро и продуктивно поменяться. Она не спешит, как раньше. Ее письмо такое тонкое, и этот-то за месяц! Год назад она смогла бы написать многотомник, рассказывая, что у нее произошло за этот месяц.

– Да! – рассмеялся Левиафан. – А куда ей теперь спешить? У нее есть то, за чем все гоняются, и все равно не могут поймать. Пойду, принесу что-нибудь поесть!