Читаем Эксперимент полностью

«Да что же это такое? Стоит только о чем-то попросить, как все делается назло или принципиально! Как же тяжело с тобой воевать! Еще Себастьян, черт его побери, додумался позвонить со своими экспериментами… Только бы Лилит больше не вспоминала об этом…Лилит готовится к чему-то…Милая моя осмысленная девочка, как же мне интересно, каким образом ты собираешься поставить мне шах? Черт, я нервничаю потому, что рядом со мной ходит бомба замедленного действия, и когда она рванет, это будет настоящий апогей! Как бы мне хотелось предвидеть ту самую секунду, когда произойдет взрыв, и было бы забавно еще и попытаться его предотвратить. Жаль, что это невозможно…Женский бардак в мозгах не может разобрать сама хозяйка, а тут я, пытающийся предугадать ее шаг! Вздор!»

Левиафан шел, погруженный в свои мысли, держа Лилит за руку. Она уже давно молчала и изредка посматривала на него.

«Странный звонок. Немецкий язык. Опять он от меня что-то скрывает. Это что-то очень важное. Такой задумчивый… Интересно, о чем можно думать человеку, который прожил почти пятьсот лет? Мне кажется, что за все это время можно было пятьсот раз обо всем подумать…Но что же это за звонок… Может он как-то связан с секретом? Я должна все узнать…»

Со стороны эта парочка выглядела очень странно. Их руки крепко сжимались, а взгляд был потуплен. Они молча шли с озадаченными лицами, придумывая и продумывая свои будущие шаги, какую фигуру и куда поставить, чтобы хоть как-то приблизиться к победе. Но они были настолько далеки от нее.

Вот так случается, когда людям скучно. Они маются, не зная чем занять мозг и тело. Вроде и сюда и туда пытаются его приткнуть, а все что-то не то. Организм требует выброса адреналина. Можно, конечно, взять парашют и спрыгнуть с ним, но только это выброс не адреналина, а кала. В этом случае у Лилит случился бы акт дефекации, а Левиафану было бы абсолютно наплевать: в любом случае он не умер бы. Детское бесстрашие – не интересно и глупо. А вот трепать друг другу нервы, или какому-нибудь другому человеку – это занятие для умственно-продвинутых людей. Ведь чтобы задеть чувства другого человека надо очень умело и аккуратно поставить пешечку, чтобы ее не съели в ответ. Левиафан четыреста восемьдесят пять лет ходил и страдал от скуки и тут ему попадается ребенок, глядя на которого он понимает, что приближается веселье. Лилит, обещавшая сама себе никогда никого не любить, кроме себя, нагло соврала. И вот они шли и думали, как бы еще развлечь друг друга.

– Ты чего? Не видишь, куда прешь? – раздался голос подростка, а затем последовал удар в ключицу вампира.

Благодаря этому жалкому удару, Левиафан проснулся в реальности и осознал, что происходит вокруг него. Погрязши в своих мыслях, они и не заметили, как зашли в какую-то подворотню, и Левиафан случайно толкнул плечом парня.

Когда он поднял глаза, то увидел, что там целая компания не то панков, не то гόтов, не то еще кого-то. Все особи в этой кучке были мужского пола и настроены они были достаточно агрессивно.

Лилит услышала грубый голос, совершенно не культурную интонацию и слова и тоже посмотрела на ребят. Левиафан не заметно для ребят улыбнулся и прикрыл собой девушку

– Вы зашли не в то место! – заржал противным смехом тот же голос.

В ушах вампира раздал стук сильный настойчивый стук. Он учащался и учащался. Это было сердце. Девушка еле дышала от страха.

«Бедная моя агрессивная девочка, ты испугалась кучки уродцев? Меня бы ты лучше так боялась! Этот мальчик видимо лидер в этой банде малолеток, будущих криминальных типов», думал Левиафан про себя, разглядывая самого разговорчивого парня с ирокезом на голове.

– Никаких опознавательных знаков, что сюда входить нельзя, перед аркой не висит! – состроив испуганный голос, ответил он главарю.