Читаем Экспаты полностью

— И одновременно выяснил, что полковник устраивает свои сделки именно с помощью электронного перевода денег. Регулярно переводит миллионы, иной раз даже десятки миллионов с одних номерных счетов на другие. Регулярно. Проворачивает свои нелегальные делишки с оружием прямо с домашнего компьютера.

— И ты решил ограбить его. Втемную. Так?

— Да. Но я хотел не просто обнулить его банковский счет; это была бы обычная кража. — Голос Декстера уже перестал дрожать, теперь он говорил громче, быстрее, увереннее. Он явно испытывал облегчение, получив возможность объясниться, все рассказать жене. Своему лучшему другу. — Чего я добивался, так это найти слабое звено, уязвимую точку, момент, когда у него будет куча денег, ему не принадлежащих, то есть в процессе, в середине очередной сделки. Огромная сумма, которую он должен кому-то выплатить.

— Кому-то, кто будет крайне недоволен, не получив их.

— Именно так.

— Чтобы это была не просто финансовая месть, так что ли?

— Да, — кивнул Декстер. — Я хотел, чтобы полковника убили.

Кейт поразилась прямоте и мстительности Декстера.

— В том-то и заключалось все дело, Кейт: я хотел добиться справедливого возмездия. — Он вымученно улыбнулся, как бы подбадривая себя. — Я эти деньги вовсе не из жадности украл. Я это сделал, чтобы наказать одного из самых гнусных людей в мире.

Кейт некоторое время обдумывала это не вполне оправдывающее его объяснение.

— Ну это с какой стороны посмотреть…

— А что, есть и другая сторона?

— С другой стороны, ты просто вор.

— Кажется, я вполне заслужил такой эпитет.

— Ты вор и приверженец суда Линча.

— Я освободил мир от еще одного мерзавца.

— Возможно. Только не так, как мы это обычно делаем.

— Кто это — мы?

— Американцы. Это не американский способ добиваться справедливости.

— Не американский? Ты имеешь в виду арест, официальное предъявление обвинений, суд, приговор, кассации, тюремное заключение?

Кейт кивнула.

— И как ты намерена его осуществить, этот способ, в отношении сербского гражданина, проживающего в Лондоне?

— Объявить его международным военным преступником.

— Ну попробуй это проделать в Гааге, в Международном суде. Это ведь тоже совсем не американский способ, не так ли?

— Он вполне американский, потому что при этом соблюдаются международные законы.

Декстер фыркнул.

— Конечно, — добавила она, — при этом тебе не обломится двадцать пять миллионов евро.

* * *

Грузовой поезд с грохотом прополз по железнодорожному мосту, раскинувшемуся над отрогом хребта, — груз шел на север, поезд был длинный, тяжелый и медленный.

— И что ты совершил первым делом? И когда? — Кейт начала потихоньку устанавливать некоторую дистанцию между собственным предательством, злостью и поведением Декстера. Она постепенно переходила на его сторону. Или по крайней мере обретала способность смотреть на вещи его глазами.

— Примерно полтора года назад. Я тогда зарегистрировал здесь компанию, инвестиционную фирму. И открыл номерной счет на нее. И начал плотно отслеживать всю деятельность полковника, его счета, трансакции, высматривая, какие возможности могут открыться и стараясь определить, как мне ими воспользоваться.

— И как ты это делал?

— Во время одной из командировок — в Милан — он использовал компьютерную сеть отеля, чтобы провести электронную трансакцию, и это позволило мне ввести на его жесткий диск свою программу и хорошенько ее там упрятать — эта программа регистрировала все его операции на компе, вела их запись. И каждую ночь, вернее, в четыре утра по среднеевропейскому времени, если его компьютер был включен, он сам высылал мне по электронной почте запись всех операций полковника за предыдущие двадцать четыре часа. С ее помощью я не мог получить его пароли и все такое прочее; она просто позволяла мне видеть, чем он занимается. То есть, в сущности, отстреливать всех зайцев по очереди.

После этого, к началу августа — значит, полгода назад, я был готов действовать. Все встало на место. Ну почти все. Но сначала мне следовало доказать себе, что я и впрямь могу это проделать.

— Каким образом?

— Провести тест. Я всегда умел пробиваться сквозь защиты и преграды в компьютерных сетях банков. В одном таком банке, в Андорре, некая юридическая фирма держала свои фонды до того, как начинала их распределять среди клиентов. Эта фирма представляла интересы одной страховой компании, занимающейся страхованием жизни. Несколько лет назад, ведя в суде дело по поводу вопиющего нарушения всех законов и правил, фирма не только сумела защитить этого страховщика от иска, но и заставила истца заплатить все судебные издержки — полтора миллиона долларов. Фирма получила свой гонорар — ей причиталась треть присужденных средств — и держала эти деньги в Андорре. Потом перевела остальные две трети на счет клиента. Или, вернее, попыталась перевести.

— Миллион долларов. И ты их украл?

— Верно. У тебя не возникло никаких подозрений насчет того, что это за страховая компания?