Читаем Экс 2 (СИ) полностью

А Ветров чуть снова не вздрогнул. Нервы. Что объяснимо - последние месяцы Антон находился в постоянном напряжении. Вспоминая затасканный образ из прошлого, жил, как на вулкане. И отнюдь не предстоящая полевая практика была тому причиной. Нет, интенсивность занятий на третьем году обучения и традиционная академическая страшилка об отчислении по итогам неудачной "полевки" тоже играли определенную роль в создании негативной эмоциональной обстановки, но несущественную. Капля в море. Хотя страшилкой можно было неплохо прикрыться, списать на нее собственную нервозность. Что сейчас Ветров и сделал. Для других курсантов этот повод "психовать" являлся серьезным и важным. А у Антона имелся повод поинтереснее. Гораздо интереснее.

"Демоны".

Кто-то, вероятно, скажет, и что "демоны"? Разве раньше Ветров об их существовании не ведал? Напротив, знал и специально насчет Чужих инструктировался. И даже сталкивался - с объектом "дама в синем платье". Однако после инцидента в парке, когда Антон метнул кинжал в глаз "демона", поневоле приходилось ожидать ответных действий. Было бы верхом наивности полагать, что Чужие проигнорируют вопиющее посягательство на своего представителя. Пускай "демона" Ветров не ликвидировал, но как минимум уничтожил носителя. И, выражаясь образно, сорвал маску. Выяснил, что тело для Чужих - не более чем физическая оболочка. Костюм. Контейнер. Видимость человека. Но видимость, надо признать, качественная. Более чем. И не только видимость.

Как показал опыт, будучи "живым", носитель превосходно вписывался в стандарты хомо сапиенс. Почти по всем параметрам. От моторики до температуры. Лишь масса тела порой не соответствовала облику. А в остальном - полное попадание. Что называется, и на ощупь, и по запаху. Еще разве что по вкусу могли какие-нибудь отличия обнаружиться. Но в данной сфере специалистов не найти, с каннибалами в нынешнем гуманном мире напряженка.

И если в паразитической природе "демонов" экс пока не был уверен, то по вопросу искусственного происхождения носителя определенная ясность наступила. Понятно, о том, из чего "слеплен" носитель, Ветров не знал. Самораспадающийся биоматериал, конструкции с внедренными колониями нанитов - разрушителей или вообще нечто принципиально иное, за гранью современных технологий - впору лишь гадать. Но к обычному человеческому организму - мышцам, костям и прочей требухе - оболочка наверняка имела опосредованное отношение. Иначе бы она бесследно не растаяла. И подтверждения даром тут не требовалось. Как и по части того, что демоны Антона в покое не оставят.

Искать его будут - стопроцентно. Активно и рьяно. Используя старинный сленг, будут землю рыть. Или, перефразируя, почву планеты Ньюланд. И пусть Ветров предпринял мыслимые и немыслимые меры предосторожности, гарантии, что его не вычислят, не было. Скорее наоборот, имелась уверенность, что рано или поздно Чужие сядут Антону на хвост. И экс подспудно ждал... неприятностей. И готовился к ним, усиленно тренируя дар. Особенно - его недавно открывшуюся сторону.

Ослепление сканеров и детекторов муниципальной сети наблюдения во время спешного... отступления с места происшествия не было неким единичным спонтанным всплеском. Так проявилась очередная грань дара. Что Антон просек еще в парковой зоне. И стал стараться повторить ситуацию, точнее ту ее часть, которая касалась реализации акцентированного желания вырубить муниципальную сеть. И рецидив случился. Правда, не сразу. Долгие и упорные потуги достичь состояния той самой отстраненной концентрации поначалу успеха не приносили. Однако экс не отступал, и дар сдался - Антону удалось поймать то самое ощущение. И "включить" новый талант. Способность... взаимодействовать с электрическими приборами. Или скорее - повреждать сложную электротехнику. Дар разрушения. Поскольку взаимодействие с приборами проявлялось, по большей части, в уничтожении электронной начинки, разрядке блоков питания или отключения от сети.

Поначалу имелись и проблемы с избирательностью. Далеко не всегда Антон мог применять эту новую способность направленно. Например, в результате одной из ранних попыток повторить организацию "мертвой зоны" накрыло медным тазом визор на шлеме. На именном шлеме, закрепленном за курсантом Ветровым. Слава богу, что "программные сбои" симулятора уже забылись за давностью, никто не увязал сломанный визор с Антоном. Хотя куратор группы "Три-бета" прочел эксу двадцатиминутную лекцию о необходимости беречь казенное имущество.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Рустам Карапетьян , Кэти Тайерс , Иван Чебан , Дмитрий Громов

Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза / Cтихи, поэзия