Читаем Экс 2 (СИ) полностью

Видимо, оценка ситуации Надразумом шэйду в недостаточной степени учитывала человеческую природу, особенно - в части талантов к смертоубийству себе подобных. Оголтелая кровавая баня, случившаяся в ходе Первой Федеральной, явно не планировалась Сетью, поскольку цивилизация была разрушена едва ли не до основания - война колебалась на грани уничтожения подавляющего большинства человеческих особей. Для этого просто не хватило ресурсов. Вдобавок, неразборчивое применение разных систем вооружения привело к массированным ударам по секторам и гибели носителей. Что, в свою очередь, вызывало повреждения личностей биоскинов, находящихся вне связи с Надразумом. Отдельные подобные повреждения стали неисправимыми. Необратимыми. А большинству биоискинов требовалось воссоздание матриц.

Сеть ослабла. На восстановление ушли десятки лет. Цивилизация людей тоже потихоньку поднималась из руин. Население росло. И последние годы вновь появилась опасность обнаружения Беты. Чтобы избежать этого, Надразум шэйду использовал проверенные методы. Он постарался раскачать ситуацию в человеческих государствах изнутри, активно заполнял ключевые административные и военные должности носителями биоискинов, с подачи шэйду в Федерации, Поднебесной и Халифате проводилась ограничительная политика, направленная на купирование развития отдельных отраслей науки и техники. Параллельно спонсировались сепаратистские движения и террористические организации, разработка бактериологического оружия, программы по принудительно и тайной стерилизации.

Однако локальные конфликты, мятежи, несколько крупных эпидемий и спад рождаемости в ряде систем ситуацию не спасли. Оставался один верный способ - межсистемная война. И Надразум ее развязал. Чуйка Антона не подвела - за противостоянием Федерации и Халифата с Поднебесной прятались уши "демонов". Шэйду.

История повторилась. Судя по текущему положению вещей, уроки прошлого Надразум учел и худо-бедно контролировал военные действия. Точнее - их масштабы. Не допуская мгновенного скатывания в полнейший хаос. Впрочем, еще одно - два сражения типа бойни в секторе Си-Эй-15, и амба. Здравствуйте, Темные Века. Чего, очевидно, шэйду и добиваются.

В связи с изоляцией на Лауре, активно вмешиваться в человеческие дела, как шэйду, аасхи возможности не имели, но наблюдали за развитием событий. Как такое осуществлялось на расстояниях в десятки парсеков, Сола не показала, но Антон уловил, что это было по большей части связано со способностями авурхов.

Попытки прорвать изоляцию аасхами предпринимались неоднократно. Особенно - в период ослабления Сети. Однако успехом они не завершились. И именно в эпоху отката после Первой Федеральной на Лауре было завершено создание оружия последнего удара против Надразума биоскинов. Базис для этого заложил еще тот самый легендарный ученый Тоогррыых... как там его... воол. Тогр. Когда началась война шэйду с аасхами, он разработал проект средства для уничтожения Сети. В разгар конфликта великий ученый был убит носителями биоискинов, но успел передать разработки ученикам. И они довели проект до ума. Уже на Лауре. Спустя не один век. И, опять же, не без влияния воларитового фактора.

Теоретическую базу, раскрывающую сущность оружия против шэйду Ветров до конца не уяснил. Соображалки, сиречь знания-понимания, не хватило. Уразумел только, что это нечто вроде сложнейшего ментального кода, посыла, действующего по принципу вируса и запускающего механизм самоликвидации Сети. Код разрушал связь между Надразумом и каждым биоскином, что вызывало локализацию ментальных сфер шэйду, изменение личностным матриц, и в потенциале должно было привести к свертыванию Сети. Впрочем, проверить на практике данные выкладки пока не получалось.

Проблема крылась в том, что активация кода техническими средствами не осуществлялась, только биологическими объектами. А так, как активация могла быть исключительно осознанным актом высокоразвитого существа, то животные или клоны для данной цели не годились. Киборги - тоже. Да и обычным аасхи шансов применить код не имели. Вместить его могло только сознание авурха.

А для запуска кода требовался непосредственный контакт с шэйду. Что в условиях изоляции представлялось делом безнадежным. Более того, многовековая работа развернутых вокруг системы Стеллы сети деструкторов спровоцировало рождение самоподдерживающегося ментального поля, опасного для аасхов. Защищали от негативного воздействия упомянутого поля лишь экран Лауры и космические расстояния.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Рустам Карапетьян , Кэти Тайерс , Иван Чебан , Дмитрий Громов

Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза / Cтихи, поэзия