Читаем Экипировщик (СИ) полностью

  Живёт Степаныч с женой Эрикой. Она русская немка. У них трое детей и, ближе к весне, они ждут четвёртого. Две старшие дочери и младший (на текущий момент) - сын. На подходе второй сын. Такой, понимаешь, дивный комплект. Судя по всему, останавливаться на достигнутом Степаныч и Эрика не намерены.



  Живут Степановы в небольшой двухкомнатной квартире на той же улице, что и Смушкин. Через три дома в стороны главного городского проспекта.



  Смушкин запарковался во дворе на привычном месте у собственной парадной и, не заходя домой, пошёл к Степанычу.



  Дверь открыла Эрика.



  - Привет! А ты всё хорошеешь, красавица! Муж дома? - К Степанычу можно было приходить без предварительного согласования - он редко отлучался из своей берлоги.



  - А где ему ещё быть! Колдует, как всегда, у себя на антресолях! Заходите, Сергей Борисович! - Ответила улыбчивая, как всегда, Эрика. Озабоченной или грустной её мало кто видел.



  Угловая часть одной из комнат квартиры Степановых была двухэтажной, благо при высоте потолков в четыре метра это представлялось вполне возможным. Второй этаж - собственноручное изобретение и архитектурная разработка принадлежали Эрике, а воплощение в жизнь были личной заслугой Степаныча. Площадь второго этажа составляла примерно шесть-семь квадратных метров, доступ осуществлялся посредством довольно искусно сработанной лестницы-трапа.



  Это было рабочее место Степаныча, его берлога, как он называл эту надстройку. Несколько компьютеров, множество разнообразной периферии, даже кульман советской постройки имелся здесь. На кульман были приклоты цветными кнопками какие-то чертежи, схемы, таблицы и еще множество непонятных для Смушкина документов.



  - Привет компьютерным гениям! - стоя на верхней ступеньке, приветствовал хозяина Смушкин.



  - Здравствуйте, Сергей Борисович! - Степаныч, не вставая из видавшего виды кресла из искусственной кожи, приветствовал гостя. - Как дела?



  - Дела нормально. Но дело к тебе есть. И дело конфиденциальное.



  - Так ведь с делами негрифованными вы ко мне не приходите. Чем могу помочь? Садитесь вон на сюда - Степаныч кивнул на крутящийся старый деревянный табурет, какой раньше стоял у пианино для игры на этом инструменте. Такой же табурет был у Смушкина на даче, табурет отвезли туда после того, как дочь их старшая, Юлия, перестала заниматься музыкой. Пианино сначала хотели продать за ненадобностью, но потом передумали теперь оно стояло в углу гостиной квартиры Смушкиных. Иногда, будучи в гостях, на нём барабанили внуки, которым этот инструмент был музейной редкостью - родители учили их совершенно другим вещам.



  - Чем могу быть полезен, Сергей Борисович? - Степаныч оторвался от экрана монитора. Вообще-то перед ним было три монитора и все включены. На какой из них конкретно смотрел перед этим хозяин, было неясно.



  - Мне нужно знать по возможности всё об одной компании, об их учредителях, активах, контрактах, дилерских соглашениях, доходах, расходах, операциях, особенно специфических, которые могут заинтересовать налоговые органы и финансовый мониторинг банков, сведения об участии в торгах на всех площадках, в том числе, если это, конечно, возможно, в закрытых конкурсах в части госзакупок. Есть ли или были в прошлом у них проблемы с выполнением договорных обязательств. Отдельно хотелось бы выяснить, поставляли ли они кому-либо продукцию конкретного производителя. Числились ли когда-нибудь в списках недобросовестных поставщиков, причем, как в государственных закупках, так и частных. Ещё интересуют их финансовые схемы в части ухода от налогов. В основном, это всё.



  - Немало вас интересует, но и не очень много. Работы часа на два-три. Напишите вот на бумажке название фирмы и ИНН, а так же общие данные оборудования и исходники производителя этого оборудования.



  - Я тебе оставляю копию их коммерческого предложения, там всё изложено. Когда можно будет зайти за результатом и какова цена вопроса?



  - Эрике сегодня захотелось осетрины, но не копченой-солёной-маринованной, а натуральной, хотя бы свежезамороженной, но лучше живой - она сама приготовит как ей требуется. Огромной рыбины не нужно, а килограмма на 2-3 вполне сгодится. Цена вопроса такая. А по срокам - сделаю сегодня, но ближе к полуночи. Срочную работу нужно выполнить. По почте, само собой, пересылке сведенья не подлежат, так что придётся зайти лично.



  - Завтра после работы зайду - устроит?



  - Вполне!



  - Спасибо. В части осетрины понял. Сейчас сбегаю на рынок - если есть нужный экземпляр, занесу.



  На рынок Смушкин успел перед самым его закрытием. Нужный экземпляр выловили из беломраморного некогда бассейна и до самой степановской квартиры трепыхался осетр в специальном пакете-судке с водой, бунтуя против своей, осетриной, судьбы, которую явно подозревал.



  Эрика с благодарностью приняла подарок-аванс и Смушкин отнёс контейнер к ним на кухню.



  - Лёнька! - крикнула Эрика мужу, - спустись, помоги мне! Сергей Борисович принёс то, что нужно! Только ... (тут она запнулась) ... только чистить рыбину тебе предстоит - я не справлюсь. Он живой и брыкается!



Перейти на страницу:

Похожие книги

Раб
Раб

Я встретила его на самом сложном задании из всех, что довелось выполнять. От четкого соблюдения инструкций и правил зависит не только успех моей миссии, но и жизнь. Он всего лишь раб, волей судьбы попавший в мое распоряжение. Как поступить, когда перед глазами страдает реальный, живой человек? Что делать, если следовать инструкциям становится слишком непросто? Ведь я тоже живой человек.Я попал к ней бесправным рабом, почти забывшим себя. Шесть бесконечных лет мечтал лишь о свободе, но с Тарина сбежать невозможно. В мире устоявшегося матриархата мужчине-рабу, бывшему вольному, ничего не светит. Таких не отпускают, таким показывают всю полноту людской жестокости на фоне вседозволенности. Хозяевам нельзя верить, они могут лишь притворяться и наслаждаться властью. Хозяевам нельзя открываться, даже когда так не хватает простого человеческого тепла. Но ведь я тоже - живой человек.Эта книга - об истинной мужественности, о доброте вопреки благоразумию, о любви без условий и о том, что такое человечность.

Алексей Бармичев , Андрей Хорошавин , Александр Щёголев , Александр Щеголев

Боевик / Приключения / Исторические приключения / Самиздат, сетевая литература / Фантастика