– Ну, – мессер поджал губы, вынужденный признать то, что владевшей его воспоминаниями Лу было и так известно, – я порой видел, как бредовые идеи неожиданно для всех вдруг работали.
– Жаль, что с твоими это не прокатило, – нервно прыснула шестиокая орфа, махнув в сторону растрескавшейся сферы, и собеседник показал ей когтистый средний палец. – Что ж, я полечу и опробую свой план на какой-нибудь химере. Кстати, еще кружа над полем, я задумалась: почему они перестали нападать? Когда я только перешла в этот мир, они табуном за мной ходили.
– Затрудняюсь ответить, – почесал в затылке Джупитер, переводя взгляд на схему, которая, по всей видимости, отображала устройство артефакта. – В Игле находится множество модулей, отвечающих за различные этапы их создания, но в отсутствие способности использовать эфир я не могу их продиагностировать и узнать, какие модули повреждены и как именно. Могу сказать лишь то, что каратели работают не совсем так, как планировалось.
– Может, они понимают, что нападать на нас бесперспективно? Я могу принять неуязвимый облик, а ты, если что, скрыться в Аду…
– Резонно. Правда, если бы интеллект этих милашек позволял понимать такие вещи, они были бы куда менее топорными в своих атаках на Реверсайд.
– Ладно, пожелай мне удачи.
Лу в очередной раз взлетела, направляясь к сфере. Непрерывный вой душ, от которого ей раньше удавалось абстрагироваться, становился все более навязчивым. И юная орфа знала, что тот чувствовался даже на самых отдаленных островах; неудивительно, что ангелы начали сходить здесь с ума. Лу бы удивилась, что никто из местных жителей, кроме ее матери, не сбежал из этого мира, если бы не прочла ранее образы с чаройтовых костей в долине. Ангелы действительно верили в свое высшее предназначение, верили настолько истово, что считали муки, которые им приходилось испытывать, искуплением за предстоящее низвержение демонов. И чем хуже были эти муки, тем сильнее ангелы уверялись в праведности своей цели.
Лу зависла возле чаройтовых стенок, концентрируясь. Хотя она немало почерпнула о даре Нежити из чужого опыта и знала, что тот действительно способен влиять на души, не было веских причин считать, что он сработает на химер. Возможности использования этого дара вне пределов Ада были мало изучены, ведь единственный, кто занимался его исследованием, не имел возможности свободно попадать в другие миры. Но юная орфа постаралась отринуть сомнения, которые могли негативно отразиться на чарах.
– Эй, химеры, – попробовала она привлечь их, интенсивно размахивая шестью руками. – Ку-ку! Я здесь!
Они по-прежнему не реагировали. Не уверенная, что сможет использовать незримую силу сквозь толщу сферы, Лу превозмогла себя и вновь влетела внутрь в химерном облике. Стараясь держаться подальше от Иглы, она попыталась направить чары на проносившиеся мимо призрачные тела…
Спустя какое-то время она вернулась на внешний берег реки в полном отчаянии.
– Ничего не получается. Они меня просто игнорируют. Пролетают мимо, словно ничего не происходит. Я так радовалась, что им стало плевать на меня, а теперь это гребаная проблема. Джупитер, прошу, подумай, почему они так себя ведут. Может, я использую чары неправильно?
– Покажи, – отрываясь от схем и расчетов, поднялся на ноги тот.
Лу схватила его за руку вспотевшей ладонью, передавая свой опыт с помощью меморума и продолжая бормотать:
– Ты считаешь, что просто наделить кого-то этим даром недостаточно, да? Нужно, чтобы душа, которая им наделена, тоже приложила определенное усилие…
– Да, но дело не в этом. Скорее всего, причина в бесплотности карателей, – он присел и потыкал веткой в ту область на земле, которую занимали математические выкладки. – Их резистентность в этой форме абсолютна. Незадолго до Откровения я придумал возможность обращать вторичный эфир в первичный, но она была лишь теоретической, потому что коэффициент проницаемости чаройта…
– Умоляю, не забивай мне голову. Просто скажи, как их лишить этой способности?
– Она закладывается в них одним из модулей артефакта, – вздохнул Джупитер, проявляя немалое терпение перед ее несообразительностью. – А его, как мы уже выяснили, трогать нельзя.
– Да, да… Ладно, плевать, – беспокойно заламывая пальцы, бросила Лу. – Тогда мне нужно найти химеру, которая материализовалась, и опробовать дар на ней. С помощью Соприкосновения я отправлюсь в Реверсайд на поле битвы…
– Крайне паршивая идея, – оборвал ее мессер, покривившись.
– Почему? Множество химер принимают материальный облик в бою…
– Правда не понимаешь? – Он отвернулся, но Лу услышала, как он пробормотал под нос слово, похожее на «дубина». Затем, вновь повернувшись к собеседнице, сказал: – Как бы там ни было, сейчас тебе нужно передохнуть. Когда ты показывала мне последние воспоминания, я ощутил, что ты истощена. Сила орфов, может, и велика, но у нее тоже есть лимиты. И не будет ничего хорошего, если ты достигнешь своих.
– Я совсем не устала, – отмахнулась Лу, разминая плечи и готовясь использовать Соприкосновение.