Читаем Эйта полностью

— Мне князя теперь не достать, — пояснила Эйта. — Раньше они бы сюда не сунулись, зная, что ежели что, я князя Еремея со света сживу, а теперь что мне делать?

— А теперь, стало быть, князю ты ничего сделать не сможешь?

— Теперь не могу, — буркнула Эйта. — Я же сама амулет для него защитный сделала.

— Эка оно, — усмехнулся Улеб. — А Милада молодец. Ну признай, молодец девица. Не многие для отца, да ещё и не родного, на такой риск бы пошли.

— Она пожалеет, — Эйта взяла жемчужные серьги в ладонь. — Кабы она сразу сказала, для кого амулет нужен, я бы делать его не стала, но отпустила бы с миром.

— Не надо, Эйта, — без особой надежды попросил Улеб.

— Князя мне теперь не достать, но на человека влиять можно не только через него самого, раз уж у них такая любовь в семье, так пусть семья за князя и голову складывает. Хитёр князь, ну да не на ту напал.

— Ох, Эйта, — оборотень вздохнул. — Зря ты это. Еремей, вроде, нормальный мужик.

— Тебе откуда знать?

— Так был я в городе. Народ его любит, он сам людей не обижает. Согласилась бы ты на службу к нему пойти, и тебе проще и ему польза.

— Чем мне проще? — сердито поинтересовалась Эйта. — Вот, возьми, — она положила на стол одну из монет, оставленных княжеской дочкой. — За продукты тебе.

— Эйта, — произнёс Улеб с укором. — Я тебе от всей души, а ты деньги.

— Но ты же их купил. Или украл?

— Отработал, — вздохнул мужчина. — Не надо мне ничего, я просто думал, может получится друзьями с тобой остаться. Мне тебя во врагах иметь не хотелось бы.

— А разве ж я тебе враг? — удивилась Эйта.

— Я думал ты злишься, — пояснил Улеб. — Из‑за Милко.

— Да с чего бы? — спросила Эйта. — На тебя мне за что злиться?

— Я ведь его к тебе привёл, — ответил Улеб тихо и опустил глаза. — А потом одного без присмотра оставил.

— Не хотела я его убивать, да выбора у меня не было, — так же тихо сказала девушка.

— Знаю, — кивнул оборотень. — Но всё равно, прости ещё раз. Пойду я, пожалуй, — он направился к дверям.

— Ты забегай, если рядом будешь, — сказала ему вслед девушка.

— Забегу, — Улеб обрадовался. Значит, колдунья всё же не сердится, а он так этого боялся.

— И в городе осторожнее будь, — Эйта вышла на крыльцо, проводить гостя. — У них ведун хоть и слабый, но тебя почует и тогда беда будет.

— Знаю, — Улеб улыбнулся. — Я ведуна стороной обхожу, а охотиться так и вообще далеко в лес ухожу. Ты не волнуйся, не в твой лес.

— Да хоть бы и в мой, — пожала плечами девушка. — Дичи тут достаточно.

— Можно, правда?

— Можно, — Эйта усмехнулась. — Только людей, пожалуйста, больше не кусай.

— Да ты что, — Улеб взмахнул руками возмущённо. — Ну не совсем же я дурной. Мне Милко вот так, — он провёл ребром ладони вдоль горла. — Хватило. Каждый месяц как с младенцем, шагу в сторону не сделать.

— Вот и славно, — улыбнулась Эйта. — Кстати, русалка Смеяна про тебя всё спрашивает, что ей сказать?

— Спрашивает? — Улеб зарделся. — Ничего не говори, я сам её навещу.

— Ой смотри, Улеб, — Эйта улыбнулась. — Уморит она тебя.

— Совсем не уморит, — смущённо ответил оборотень. — Я ж всё же не человек. Ну а коли совсем тяжко будет, приду к тебе, отварчик целебный клянчить.

— Приходи, — кивнула колдунья. — Да и просто так заглядывай, я тебе рада.

— Зайду, — пообещал Улеб, помахал рукой и уверенным шагом направился к озеру.

Эйта постояла на крыльце, глядя ему вслед, а потом вошла в дом и стала думать как наказать за обман княжну Милету.

— Хозяюшка, ты дома? — раздалось снаружи, и Эйта, чистившая печь, испуганно выпрямилась, рассыпав золу. Три визита в неделю, это уже слишком.

Тут запоздало заухала сова, предупреждая о визитёре.

— Ох, Леший, — девушка вытерла руки о фартук и, прячась, глянула в окно. У забора стоял улыбающийся дружинник князя Еремея. Эйта растерянно помедлила, ей стало страшно. Выйти или нет? Сердечко ёкало и замирало, а ну как он не один явился и за деревьями дружки его с луками тугими прячутся. От летящей стрелы в один миг заклинание не применишь.

— Хозяюшка, — снова позвал Егор. — Видать, дома нет, — вздохнул он, потоптался немного вдоль забора, вглядываясь в окна, а потом сел, прислонившись к забору спиной, и принялся что‑то насвистывать. Эйта всматривалась в лес, но никого другого видела. Тогда она решилась выйти.

— С чем пожаловал? — спросила девушка, тихонько подойдя к забору. Егорка от неожиданности аж подпрыгнул.

— Ох испугала, — схватился он за сердце. — Ты что ж так неожиданно‑то? Я думал дома никого.

— Могу и уйти, тогда никого не будет, — хмыкнула Эйта.

— Прости, — Егор смутился. — Нехорошо как‑то получилось. Давай сызнова начнём. Здравствуй, хозяюшка.

— И тебе не хворать, — кивнула Эйта. — Чего пришёл? Тоже по русалкам соскучился.

— Почему тоже? — удивился мужчина. — И я не соскучился, — поспешил добавить он. — А кто по ним соскучился?

— Да так, — Эйта усмехнулась — Как тебя величать, прикажешь?

— Егор я, — представился мужчина.

— А тебе, значит, Егор, соседки мои не по нраву пришлись?

— Так нежить же. Чему там нравится?

— Кому как, — подумала девушка, но вслух поинтересовалась. — Зачем пожаловал?