Читаем Эйдахо полностью

Как только двери за Ветой закрылись, Алёна с Егором, попивая на кухне горячий чай, многозначительно переглянулись. Дай бог, те двое наконец-то помирятся. Очевидно же, что Вета любила Андрея, да и у самого парня, если верить словам Егора, к её подруге далеко не минутные чувства. Так что всё будет зависеть о того, сможет Вета простить Андрею его ошибку, или же нет. При всём желании, своё мнение Алёна ей не собиралась навязывать — этот выбор она должна сделать сама. Да и к тому же, на сегодня у неё были планы куда поважнее.

— Ты точно уверена? Может всё-таки лучше оставить это дело в прошлом? — с явным беспокойством во взгляде спросил Егор у своей жены.

— Нет, — уверенно покачала она головой из стороны в сторону. — Я наконец-то решилась, так что можешь даже и не пытаться меня отговаривать.

— Но ведь ты понимаешь, что… — начал Егор.

— Что мой сын мог и не попасть в этот мир? Или же давно в нём погибнуть? Да, разумеется, я всё это отлично знаю. Тем не менее, пусть и маленькая, но у меня всё ещё остаётся надежда с ним встретиться. Так что я рискну, и так уже слишком сильно затянула с этим вопросом.

— Ладно, — поднял Егор руки в жесте «сдаюсь», — как скажешь. Однако может мне всё-таки стоит пойти с тобой?

— Не нужно, — покачала Алёна головой из стороны в сторону. — Со своим прошлым мне лучше разобраться самой.

Вот только Алёне в путь так и не удалось отправиться в одиночку. Стоило ей лишь парой фраз намекнуть Лизе о том, куда именно она собралась, и та с уверенностью слона заявила, что пойдёт вместе с ней. И если Егор в этом вопросе прислушался к мнению Алёны, Лиза осталась непреклонна в своём намерении, постоянно повторяя, что «Алёна ей потом ещё спасибо скажет». Как бы там ни было, у Алёны не осталось другого выбора и пришлось смириться с решением подруги. Да и по правде говоря, ей от присутствия Лизы становилось спокойнее на душе. Егора она не хотела брать из-за его до жути прямолинейного характера, тем временем Лиза с её вечным сумасбродством старалась как-то помочь Алёне не перегружать себя дурными мыслями. Вот только получалось у неё это не очень, и на пороге дома Кармен — местной торговки информацией — Алёна поймала себя на том, что всё-таки слегка дрожала от волнения.

— Не волнуйся ты так, — произнесла Лиза с серьёзным выражением лица. — Что бы мы ни узнали, уверена, тебе станет легче, когда ты окончательно закроешь вопрос со своим прошлым. Так ты сможешь, по крайней мере, начать в полной степени наслаждаться своей новой жизнью с Егором.

— Да, — кивнула Алёна, взглянув на Лизу с огромной благодарностью. — Пошли.

После звонка в двери, Алёна и Лиза увидели на пороге знакомую красивую и сексуальную испанку, с которой уже имели дело, когда Андрея закинуло на луну. Похоже, девушка немного удивилась их приходу, но тем не менее, пригласила пройти внутрь. В уютном зале она расспросила Алёну о цели визита, или, вернее сказать, кого именно та хотела найти; ведь в девяносто пяти случаях из ста к Кармен обращались именно за этим. После того, как Алёна обрисовала Кармен свою проблему, испанка задумчиво закрыла глаза.

— Сейчас я помогаю Эдварду в поисках предателей, и каждое моё обращение к архиву строго фиксируется из-за ограниченного количества попыток, отведённых на каждый день. Тем не менее, я с радостью помогу вам, — Кармен загадочно улыбнулась, — за двойную плату.

— Что?! — тотчас возмутилась Алёна. — Да это ведь настоящий грабёж! Или ты забыла о том, что у нас здесь война идёт? Деньги нам и самим нужны, чтобы защищать таких игроков как ты!

— Ну не хотите, как хотите, — пожала плечами Кармен. — Однако выслушивать от людей Эдварда претензии по поводу своего самовольства за бесплатно я точно не буду.

— Ладно, — согласилась Алёна, подавив секундный порыв развернуться и уйти. — Я заплачу, сколько скажешь, однако только в пределах разумного. Давай ещё раз обсудим цену…

Хорошо, что после злоключений в адаптивном данже Алёна смогла накопить неплохой капитал. Если бы не война и необходимость практически весь доход отдавать на банки, она могла бы несколько лет жить, ни о чём не задумываясь. Тем не менее, сын для неё сейчас был в приоритете. И дело тут вовсе не в том, что сегодня материнский инстинкт обострился пуще прежнего; девушка банально боялась, что если уйдёт сейчас, больше не найдёт в себе смелости прийти.