Читаем undefined полностью

– Дом. Милый… дом!

Жара удушающим одеялом навалилась сразу же, как Люк, Гален и отряд штурм-коммандос вышли из десантного шаттла. Скайуокер ностальгически вздохнул. В отличие от отца, Люк сохранил об этой планете самые приятные воспоминания. А что? Если задуматься, то детство у него было именно детством, и было оно счастливой порой.

И даже когда основная личность окончательно проснулась, и тогда он наслаждался возможностью быть ребенком. Играть, шкодничать, бегать, прыгать, просто радоваться жизни. Что с того, что климат на Татуине не очень, стол разносолами не баловал, быт был крайне тяжелым и опасностей вокруг пруд пруди?

Тетя его искренне любила, дядя относился нейтрально… На него не орали, не давили, не требовали ничего больше того, что можно требовать от малыша. Золотое время, закончившееся в момент похищения наемником. Ну а дальше началась взрослая жизнь с ее ответственностью, правами и обязанностями.

– Что-то это мне напоминает… – задумчиво почесал нос Гален, недоуменно уставившись на огромное здание, представляющее собой усеченную пирамиду, разделенную пополам, с четырьмя башнями по углам.

– Мне тоже… – поднял бровь Люк, разглядывая сей шедевр монументальной архитектуры. – Что-то есть в этом смутно знакомое…

– Точно, – поддержал друга Гален. – Любопытный вид…

Неожиданно подростки переглянулись и вновь уставились на обиталище хатта, которое тот, вложив в это дело уйму денег, перевез с Нал Хатта.

– Храм Джедаев, – потрясенно констатировал Гален. – По-моему, у этого Граккуса крыша основательно поехала на почве любви к древностям.

– М-да… А внутри тогда что? – хмыкнул Люк, накидывая на голову капюшон легкого плаща, чтобы не слепило глаза. Жарко ему не было – Сила всегда готова прийти на помощь своему верному адепту. За спиной слегка позвякивало: коммандос проверяли оружие, выстраиваясь в должном порядке. Солнца заливали лучами черные доспехи интересной конструкции, нагревая бронепластины.

Тем временем парадные ворота открылись, и перед гостями предстало нечто вроде приветственного комитета: иктотчи и тви'лек, дружно поклонившиеся.

– Оп-па! Какая невероятная вежливость! – хихикнул Марек. – Это на них вид наших бравых вояк так подействовал? Или твои добрые слова? О том, что ты ужасно хочешь нанести визит? Вежливости?

– Скорее, висящий над нами разрушитель. Ну, знаешь, добрым словом и разрушителем можно добиться большего, чем просто добрым словом! Это один очень умный человек сказал, и он был прав, – осклабился Люк, пробежавшись пальцами по мечу, прикрепленному вдоль бедра, и зашагал ко входу. Слева и чуть позади шел Гален, складки развевающегося плаща то прикрывали, то открывали висящие у него на поясе по бокам сейберы.

Встречающие рассыпались в витиеватых приветствиях, после чего тви'лек с поклонами попросил следовать за ним и направился вперед. Люк хмыкнул. Этот хатт явно с мозгами дружит. Вежливость решил проявить, а не хамить сходу, как обычно поступали выбившиеся в боссы шестерки. Этот слизень определенно был умен. Когда его проинформировали о том, что Наследник хочет нанести визит для осмотра его коллекции древностей, хатт ответил на удивление дружелюбно. Тут же согласился и вообще вел себя образцово.

Люка это насторожило.

Хатты были крайне специфичным видом разумных тварей. Вся их культура была построена на агрессии, доминировании и получении прибыли. Последняя вообще ставилась во главу угла. Люку их общество напоминало банду. Самую обычную банду, во главе которой стоит пробившийся с низов боевик, весьма неглупый, приобретший хватку, набравшийся опыта, но не заимевший ни лоска, ни желания его получить и совершенно не избавившийся от въевшихся привычек.

Хатты были грубы, вежливость считали слабостью, постоянно что-то кому-то доказывали и жадничали до умопомрачения. Хатт мог проглотить оскорбление, это было нормой, но вот спустить потерю прибыли – никогда. Это означало потерять лицо, и воспринималось такое насквозь криминализированным обществом резко отрицательно.

Татуин издавна входил в сферу влияния хаттов. После того, как Джабба скоропостижно помер благодаря снимающему стресс Вейдеру, за право стать боссом на этой планете развернулась нешуточная борьба. Граккус гонку выиграл, тупо задавив конкурентов, кого – выражаясь фигурально, а кого – и в прямом смысле.

После чего шустро переехал вместе со своим обиталищем и развернулся во всю ширь своей слизневой души.

СИБ обеспокоили сведения о том, что хатт собирает артефакты, принадлежавшие когда-то джедаям. Сперва в это даже не поверили: обычно слизни, кроме табунов рабынь-танцовщиц, ничего не собирали, а тут прямо коллекционер образовался! И если учесть возможности хатта, картина вырисовывалась странная. То, что он пользоваться добытым не будет и другим не даст, это понятно, но вот то, что добытое можно продать или украсть – надо было учитывать. А еще сотрудники СИБ так и не смогли выяснить никаких подробностей о составе и размере коллекции.