Я инстинктивно дёрнула головой… И мир стал темнеть, будто занавес в театре опускали, погружая зал в полный мрак. За барной стойкой спиной ко мне сидел Гера собственной персоной, что-то эмоционально рассказывающий миловидной блондиночке. Девушка громко смеялась, кружила пальчиком по ободку хрустального бокала и так игриво смотрела на своего собеседника из-под пушистых ресниц.

В ухе взрывались гудки, тело застыло от непонимания, что делать дальше, а Герман медленно потянулся к пиджаку, чтобы достать ревущий телефон. Он долго смотрел на экран… Казалось, секунды превратились в часы, переполненные напряжением, а он всё ждал. С силой растирал переносицу, словно принимал для себя очень важное решение. Рука дёрнулась и потянулась.

И в этот самый момент в моём ухе раздался приятный хрип, сдобренный отвратительным смехом какой-то чужой бабы. Я сжала челюсть до скрежета зубов и вырубила телефон, хороня его на дне своей сумочки…

<p>Глава 29.</p>

– Сеня, ты что творишь? – зашипела Ника, пригибаясь, чтобы нас не заметили. – Чокнулась? Он же ответил, а ты трубку бросила!

– Ветер, будь подругой и замолкни! – я щедро плеснула себе шампанского, опустошила бокал, а потом повторила этот трюк дважды, пока перед глазами всё не поплыло. – Ты же видишь, что он не один? Тогда какого чёрта говоришь ерунду?

– И что? Мишина, это породистый, мать его, скакун! За него бабы глотки рвать готовы, а ты решила отсидеться? – Ника шептала, то и дело вертя головой в сторону парочки за барной стойкой. – Бери свою хорошенькую попку в руки и иди к ним, Ксюша.

– Хватит… Набегалась я уже за мужиком… – внезапно выдала я и зависла. Вырвавшиеся слова не сразу приобрели смысл. Я будто оглохла даже на мгновение от внезапного откровения, а картинки прошлого настолько отчётливо стали всплывать перед глазами, что дурно стало…

***

… – Игорь! Идём домой! – рыдала я, вися на шее мужа. Он изо всех сил пытался сбросить меня, как ненужный балласт. А я, несмотря на внутреннее чувство полного краха, продолжала сжимать его шею, морщилась, чтобы только не сталкиваться взглядом с полураздетой девицей, сидящей на соседнем барном стуле. Она тихо посмеивалась и продолжала пить через трубочку какой-то кислотно-жёлтый коктейль. Не смотрела в её глаза, чтобы не видеть жалость к себе, поэтому приходилось пялиться на упругие сиськи, так откровенно топорщащиеся сквозь тонкий шёлк открытого топа, молясь лишь о том, чтобы её утром полоскало этой химозной жидкостью. Чтобы ей было так же плохо, как мне сейчас!

– Ксения, иди домой. Не позорь меня! – заорал Игорь, схватил меня за запястье и, как нашкодившую кошку, стряхнул с себя. – Я на деловой встрече, а ты тут театр устроила!

– Ты пьян, милый. Пойдем домой?

– Я сам знаю, когда мне нужно идти домой, а когда лучше не приходить! – Игорь взял меня за руку и потащил через всю толпу. Я еле касалась носками туфель пола, хваталась за его плечи, пытаясь устоять и не рухнуть на пол, потому что иначе бы он за шкирку потащил меня к выходу, лишь бы остаться одному. Мало ему моих унижений… Мало! В его абсолютно стеклянных глазах было так много желания растоптать, унизить, уничтожить, что было жутко. Но уж лучше так, чем сидеть неделями дома, написывать ему слезливые смс и умолять вернуться.