Какого черта приехали… Сидели бы сейчас вдвоем в уютной горячей ванной и занимались бы всякими непристойностями и приятностями без посторонних глаз и отвлекающих факторов. Не мог объяснить для самого себя природу моей жгучей ревности! Вот не мог! И на работе места себе не находил, а увольнение её даже на руку сыграло. Теперь она будет рядом. Вместе… Офис и правда находился от дома в пяти минутах, да и Егор пойдет в сентябре в школу, что через дорогу от дома.

Я очень хотел детей. Фантазировал дом, лужайку, огромный стол и мелкашей, что под ногами носятся вперемешку с собаками, но что-то пошло не так. А может, как раз все так и пошло так, как должно было.

– Гера… – наконец-то на моих коленях очутилось что-то тяжелее ноутбука, от которого я никак не мог оторваться, пытаясь решить с Люсей тактику дальнейшего наступления. – Ты опять думаешь?

– А у тебя козы кончились? И ты вспомнила обо мне? – выпустил в темное, уже ночное небо облако сладкого дыма и обнял свою егозу. И так хорошо стало… Вдвоем под рокот кузнечиков и шорох взволнованной листвы.

– Соскучилась.

– Наконец-то! – захлопнул комп, бросил его на стол и, закинув Сеню на плечо, быстро пошел в свою комнату, раздвижная стеклянная дверь которой выходила прямо во двор.

– Гера, остынь! Тут же бабушка и дедушка!

– Меня дед на смех подымет, если скрипа кровати не услышит!

– Угомонись!

– Только на пенсии… И то вряд ли. Русская виагра санкций не боится! Я гуглил…

<p>Глава 48.</p>

Утро было поистине сказочным… Панорамное окно спальни, вид на годы, буйство зелени леса, сползающего по пологому склону, и копна темных локонов цвета горького шоколада на белоснежной подушке.

Нам не нужна была двуспальная кровать, потому как Ксюша не могла спать на расстоянии, наш сон больше был похож на какую-нибудь борьбу без правил, где одному так или иначе придется подчиниться. Так вот, я подчинился, и это абсолютно официальное заявление. Ее руки, ноги облепляли меня тугой хваткой плюща, а дыхание становилось общим. Одно на двоих.

Вот разве так бывает? Или так и должно быть? Мы часто довольствуемся тем, что дают, боясь и помыслить, что все может быть намного лучше. Бездумно женимся, выходим замуж, разочаровываемся, обжигаемся, думая, что так у всех. И это норма. А когда внезапно начинаешь сходить с ума от идеальности мгновения с человеком, с которым хорошо не только заниматься сексом, но и просто молчать, взявшись за руки, мир рассыпается.

И мой мир рассыпался прямо сейчас.

В открытое окно автомобиля вырвался по-утреннему влажный воздух, солнце освещало цветочные луга жёлтым светом, отливая золотом на коже моей счастливой девочки. Мы мчались по проселочной дороге, вздымая клубы дыма, громко слушали музыку и подпевали, театрально содрогаясь в такт беснующихся барабанов.

– Я влюблена! Гера, давай переедем? Ты чувствуешь, какой тут воздух? А? Чувствуешь? – визжала Сеня, высовываясь из окна. Её шелковистые волосы трепал ветер, хлестал по щекам, но она будто и не чувствовала это, пребывая в собственной эйфории.

– Чувствую, – я дернул Сеньку за руку, покрытую огромными волдырями от комаров, решивших обескровить мою девочку за двое суток на просторах дикой природы. – Конечно переедем, Сень. Смотри, как комарики оценили кровушку твою. Жалко теперь оставлять их без сладенького.

– Герочка, так это же мелочи, – она хихикнула и снова принялась расчесывать следы, густо намазанные какой-то специальной мазью по рецепту бабули. – Зато спится, как на перине…

– Я тебе в городе перину организую, как только ты чесаться перестанешь.

– Куда ты меня опять везешь?

– Приехали, – с облегчением выдохнул, потому что теперь не придется отвечать на этот неудобный вопрос. Я попросту не знал, как ответить, чтобы не выдать себя с потрохами. – Выпрыгивай, чесоточная.

– Я не виновата, что твоя кровь милым жужликам не пришлась по вкусу!

– О! В этом споре я готов тебе проиграть, к тому же ты так мило трешься об меня всю ночь, – схватил её за руку, прижал, зарываясь носом в собранные на макушке волосы. Не обращал внимания на любопытные взгляды, толпы туристов, с утра осаждающих ремесленную ярмарку, растянувшуюся восточным пёстрым ковром палаток вдоль берега реки. Рядом с Ксюшей все становилось блеклым, ненужным и неважным. Как сейчас…

– Ну? Что теперь? Парашют? – Сеня задрала голову, чтобы в глаза посмотреть, улыбнулась и так забавно морщила нос, покрывший мелкими полупрозрачными веснушками. – Заглянем в жерло вулкана? Опустимся на дно морское подразнить акул? Ну, Гера? Не тяни! Я на всё согласна!

– Честно?

– Пионерское, Герочка! – в последнее время она так полюбила коверкать моё имя, словно допустимые грани прощупывала, а мне все равно было. – Ну? Парашют?

– Нет…

– Река? – охнула Сеня, заметив на берегу палаточный лагерь и разноцветные катамараны и байдарки. – Сплав?

– Давай просто погуляем? – закрыл машину, взял её под руку и, не дожидаясь миллиона вопросов, повел в самую толпу.