Читаем Егерь полностью

Ага, полностью согласен. Но уж если Яковлев ничего в этой ситуации поделать не смог, то с нас какой спрос? Зато теперь приходится чужое дерьмо разгребать. И ладно бы дали нормальную лопату, так нет, всучили смешной детский совочек, и мучайся. Нет бы людей эвакуировать на орбиту – одним шагом все проблемы бы решили, ибо лучший бой тот, которого удалось избежать. Применительно к нашей ситуации это означало: нет на планете народа, нет и неприятностей, в которые он мог бы влипнуть. А сейчас что? Реагируем по факту, то есть неприятность в любом случае имеет место быть, и, как показывает опыт, без летального исхода явно не обошлось. Сколько на объекте персонала? Десять человек? Теперь десять трупов. И дай бог, чтобы я крупно ошибся с прогнозом. Я первый за такое дело пузырь коньячины раздавлю, здоровья не пожалею.

– Картинка со спутника хоть есть? – К лейтенанту вернулась способность мыслить конструктивно.

– Это ты у пилота спроси. Исаев ничего конкретного не говорил. Видимо, в процессе.

Спутников на орбите целая группировка – два десятка, но этого явно недостаточно, чтобы организовать круглосуточное наблюдение за поверхностью планеты. Тем более обеспечить контроль одной конкретной точки. Ребята-научники действительно забрались в дебри, в Северном полушарии вообще крупномасштабные работы не планировались, вот и подвесили над ним всего три сателлита. Периодически с них можно было получить картинку, и самая свежая демонстрировала совершенно целый купол исследовательского модуля, даже мерцание «Забора» можно было разобрать. Одна беда – спутник проходил над точкой пять часов назад, повторный проход ожидался еще через полтора. Беспилотник, конечно, отправили, но он доберется до места немногим раньше нас. Так что пилота можно не беспокоить. Если честно, я просто стрелки перевел, чтобы Дима меня не грузил лишний раз. Глядишь, до летуна докопается и, чем черт не шутит, выяснит что-нибудь интересное. Лейтенант не разочаровал – загерметизировал шлем и связался с экипажем катера на закрытом канале. Я же откинулся на спинку кресла и принялся размышлять о непростых взаимоотношениях с некоей рыжей девицей.

За прошедшие три дня дело с мертвой точки сдвинуть не удалось. Галя подчеркнуто меня игнорировала, когда я навещал ее на рабочем месте, и поспешно убегала из кают-компании, когда мы пересекались в жилом блоке. Про совместное посещение вечеринок речь не шла: с тех пор как Королев загремел в лазарет, девушка такие мероприятия стала избегать. К нам тоже никто из ученой братии не заглядывал – Галя коллег не приглашала, а я тем более. Викентий, правда, пытался напроситься в гости, памятуя о наличии бара с запасом пойла, но я это дело пресек. Жизнерадостный толстячок удовлетворился совместным распитием поллитры в лаборатории, плюс точно такую же поллитру он унес с собой. Честно говоря, выпить хотелось постоянно, сказывалось психологическое напряжение. Но не бухать же каждый день? И так с Исаевым набрались накануне. Впрочем, зарок я нарушил уже на следующий вечер: в гости без приглашения завалились коллеги Иванов с Петровым. Пришли, понятное дело, не с пустыми руками. Засиделись до глубокой ночи, обсуждая политику партии в лице Яковлева и Линдеманна. Парни имели доступ к кое-какой информации, как я понял, с подачи Исаева, так что особо шифроваться не пришлось. Ни до чего конкретного не договорились, зато от души набрались, изрядно сократив запасы спиртного в мини-баре. Коллеги даже ночевать у меня остались, не рискнули в таком виде до седьмой палубы добираться.

Утром, как назло, попались на глаза Галине, и та окатила нас волной презрения. К счастью, похмелье позволило отнестись к этому наплевательски и где-то даже философски. Как сказал Коля Иванов, за удовольствие всегда приходится платить: за бухло – похмельем, за интим – борьбой с тараканами в женских головах. А если было много всего и сразу, то и цена растет в геометрической прогрессии. Тут я с ним не согласился: где мы и где интим! На что тот резонно возразил, мол, раз так смотрит, значит, есть за что. А я еще легко отделался, коллеги часть удара на себя приняли. И я должен им быть за это благодарен, а если конкретно, то неплохо было бы принять на грудь для поправки здоровья. У меня мелькнула было мысль поддаться на уговоры: последние события всех держали в напряжении, а самое лучшее лекарство что? Правильно, бухло и это самое. А лучше все сразу и много. А что за это бывает, смотри выше. Нет уж, хватит. Обвинив коллег в малодушии и алкоголизме, я добрался до аптечки и закинулся антипохмелином – второй раз в жизни. Первый был позавчера с Исаевым. Разом поскучневшие парни отобрали у меня таблетки, запили гадостные «колеса» водой из-под крана и ушли, обругав напоследок жмотом и трезвенником-язвенником. Я же наскоро умылся, постоял под холодными струями в душевой кабинке и отправился искать Петровича – питомец слинял еще вчера, схомячив пару упаковок кальмара.