Читаем Эффект птеродактиля полностью

Я кивнула. Фактически признался в подставе и в том, что находится под плотным контролем Дамблдора. Но все-таки минимизировал возможные потери. Извинения Драко, скорее всего, были его идеей. Ну, что ж… тоже не плохо. Могло быть хуже. Ну, надо же! Даже дрессировка Поттера ушла на второй план, лишь бы восстановить меня против слизеринцев. Как тут не возгордиться! Да и вообще, хотела бы я знать, что там такое интересное с Поттером? И еще у меня проблема образовалась: Мэгги и каникулы. Все-таки Поттер сильно изменился после прошлых рождественских каникул. А тут ребенок один останется, без поддержки, мало ли, чем ее опоят. Или еще чего. Можно, конечно, попросить Снейпа присмотреть, но надежды на него мало. Ему, если Дамблдор прямой приказ отдаст, деваться некуда.

А время отъезда приближалось неумолимо. И я решилась.

— Поттер, на два слова!

Он кивнул, сунул метлу Уизли (он возвращался с тренировки) и мотнул головой. Рыжий безропотно направился в замок, а мы с Поттером двинулись вдоль берега озера.

— Я тебя слушаю, Крауч.

— Ты остаешься на каникулы? — спросила я.

— Да, — кивнул он, — а тебе что?

— Речь не обо мне. Насколько я понимаю, опять остаются все Уизли. Разговаривать с нашим старостой бесполезно, он своих братцев не контролирует. Я прошу тебя донести до них, чтобы они не лезли к Смит.

— Ты заботишься об этой девочке? — спросил Поттер. — Почему бы тебе не пригласить ее к себе в гости?

— Это дом моего деда, — сказала я, — в будущем я смогу приглашать Мэгги в гости, но не сейчас. У нас планы. А у первокурсниц конфликт с младшей Уизли, она крала конфеты у девочек. Я бы не хотела, чтобы все это имело развитие.

— Конфеты, — фыркнул Поттер.

— Многое начинается и с большей ерунды, — напомнила я.

— Хорошо, — кивнул Поттер, — а что я буду с этого иметь?

— А что бы ты хотел? В разумных пределах, конечно.

Он хмыкнул. Черт! Это точно какой-то неправильный Поттер!

— Мне нужна информация, Крауч. Всего лишь информация. Ты не можешь этого знать, но можешь мне помочь. Ты умная, Крауч.

— И что это за информация? — спросила я.

Он потер свой шрам.

— Я просмотрел газеты десятилетней давности, — сказал он, — но так и не понял, что случилось в тот Хэллоуин.

— Этого никто не знает, Поттер, — сказала я, — единственным свидетелем был ты, а тебе и двух лет не исполнилось. Все, что написано в газетах, исходит от Дамблдора. Если он не сидел у тебя под кроватью, то узнать о том, что происходило, он не мог. Конечно, там мог быть портрет, но Волдеморт не дурак — и портрет бы уничтожил. При убийстве маленького ребенка свидетели не нужны. Даже нарисованные.

Поттер медленно кивнул.

— Я тоже об этом думал. И мне это не нравится.

— Такое никому не нравится, — сказала я, — и непонятно, почему Волдеморт вдруг пошел убивать тебя и твоих родителей. Он был умным и сильным магом. Правда, ходят слухи, что перед смертью он стал терять человеческий облик и сходить с ума. Вроде как он искал способ обрести бессмертие и проводил эксперименты на себе.

— То есть, его смерть может быть результатом этих экспериментов? — спросил он.

— Возможно. Возможно, он стал… как это сказать… нестабилен. И несколько убийств подряд, да еще попытка убийства ребенка оказались для него фатальными. А может, там было что-то еще? Кто знает?

— Ты мне поможешь? — спросил он.

— Хорошо, Поттер, но имей в виду, что если там скрыто какое-нибудь преступление Дамблдора или еще кого-то, кто сумел выйти сухим из воды, то это может быть опасно. А у меня есть, кого терять. Я не хочу, чтобы опасность грозила моей семье. И моим друзьям.

— Принято, Крауч.

И мы пожали друг другу руки. Помочь я помогу. А теперь и за Мэгги можно не волноваться. Кстати, и ее стоит предупредить, чтобы просила помощи у Поттера, если рыжие оборзеют. Хотя она за себя постоять умеет, конечно. Но тут численный перевес не в ее пользу.

Со Снейпом было проще.

— Сэр, вы не могли бы присмотреть за Смит?

— Насколько мне известно, у вас и Смит имеется собственный декан, мисс Крауч.

— Не смешно, сэр. Профессор МакГоннагал, видимо, слишком занята, чтобы тратить свое время на такие мелочи. А я бы не хотела, чтобы девочка попала в беду. И есть еще один нюанс.

Снейп хмыкнул.

— Не хотите, вернувшись с каникул, обнаружить шпиона в собственном окружении?

— Вы правы, сэр. Возможности взрослых волшебников меня пугают.

Он потер переносицу.

— Хм… Вы слышали о легиллименции?

— Это темная магия, сэр. Сам процесс очень болезненный для того, кого читают. Его мозг может быть поврежден.

— Именно. Так что этого можно не опасаться. Пока. Замена воспоминаний — процесс длительный, требующий высочайшей квалификации. Специалистов такого уровня в Британии нет. То же касается и магии иллюзий. Это не водопад в лабиринте наколдовать. Заставить человека грезить наяву можно, но, скорее всего, он так и останется в мире грез. Станет своеобразным наркоманом. Подобные маги есть на Востоке. И они недолюбливают англичан.

— Остаются зелья, сэр. Я помню, как на первом уроке вы говорили, что можно одурманить разум.