Читаем Эффект птеродактиля полностью

Северус широко распахнул глаза. Видимо, не очень представлял бывшего директора за таким занятием.

— Я бы скорее подумал, что он шантажирует портрет, угрожая потомкам, — послышалось со стены. — Нам всегда очень больно видеть, если с ними случается что-то плохое.

— Добрый вечер, сэр Юлиус.

— Добрый, леди. Рад, что вы с моим потомком не поддались на провокации. Но уверен, что это была только первая попытка.

— Совершенно с вами согласна, сэр, — вздохнула я, — именно поэтому я и хотела попросить о помощи. А тут пришло в голову, что попросить могла не только я.

— Я поговорю с моим другом Дрейком, — сказал сэр Юлиус, — он сейчас пользуется бешеным успехом у местных обитателей. Ему будет легче договориться.

— Спасибо, сэр, вы очень добры.

Он кивнул и ушел с портрета. А мне стало любопытно. Что все-таки случилось с Принцами? Я бросила заинтересованный взгляд на Северуса. Он вздохнул.

— Принцев больше нет, — тихо ответил он на невысказанный вопрос. — Моя мать не могла быть даже носительницей крови. Мы потеряли свой Источник. Какое-то проклятье, я не знаю подробностей. Мать и за маггла вышла, чтобы перебить последствия. Но ей это не помогло. А я вот только Дары и сохранил.

Я моментально перебралась на подлокотник его кресла. Меня тут же стянули на колени.

— А кто проклял? — спросила я.

Он пожал плечами.

— Какая-то старая вражда. Мать не знала. Сэр Юлиус пока не откровенничает. Да и не так это уже и важно. Самое смешное, что я оказался идеальным вариантом для вхождения в другой Род. Представляешь, я очень ценный. Мне твой дед сказал.

— Подожди, — удивилась я, — так ты сам никогда таких расчетов не делал? Я думала, все маги этим занимаются.

— Сам не знаю, почему не сделал, — ответил он.

— Вот и хорошо, — улыбнулась я, — а то тебя бы уже давно к рукам прибрали.

Он привлек меня к себе.

— И что ты во мне нашла?

Ответа на этот вопрос не требовалось.

К себе в башню я возвращалась после отбоя. Идти вдвоем с Северусом по темным коридорам было здорово. Я понимаю Гарри, который обожал тут шляться по ночам. Мимо прошаркал Филч, с которым мы раскланялись, пожелав друг другу доброй ночи.

— Старик очень заинтересовался театром, — тихо сказал мне Северус, когда мы отошли на безопасное расстояние.

— Не удивительно, — так же тихо ответила я, — марионетки чудесны.

Вдруг меня схватили за руку.

— Тс-с-с-с! Минерва!

Мне моментально пришла в голову хулиганская идея. Я развернулась к мужу, встала на цыпочки и поцеловала его в подбородок. Его глаза ярко вспыхнули. Идею он понял моментально и так же быстро ей проникся. Уже через секунду я сидела на подоконнике и отвечала на страстный поцелуй. Послышался полузадушенный писк. Странно как-то. Она же тут тролль знает сколько времени отработала. Неужели ни разу не видела, как целуются? Или это Северусу целоваться нельзя? А может, мне?

— Северус! Мисс Крауч!

— Минерва, вы не вовремя!

— Что вы себе позволяете! Здесь… здесь школа! Вас увидят!

— Ну, пока что за нами подглядываете только вы, — нахально ответил Северус.

Мне стало смешно. Старая кошка палилась по полной программе. И ведь совершенно искренне возмущается, что интересно. Наша помолвка (я уже не говорю о свадьбе) выводила наши отношения за рамки «учитель-ученица». Разумеется, целоваться во время обеда в Большом Зале не стоило. Но так никто и не поступал. Или МакГоннагал бесится, что никто из нас не послушался ее «предостережений»?

— Мисс Крауч! Отправляйтесь в вашу спальню! Немедленно!

— Вообще-то, я туда и шла, — улыбнулась я.

— Северус!

— Разве я могу не проводить свою невесту? Мало ли кого можно встретить в этих темных коридорах.

Я спрыгнула с подоконника, но и не подумала отстраняться. МакКошка проигрывала вчистую. Не понимаю я ее. Она уже давно не мой декан. О нашей помолвке было объявлено при большом стечении народа. Мои дед и отец ничего против не имели. Неужели настолько близко к сердцу принимает планы Дамблдора на мой счет? Или Северус по ее мнению не имеет права на свой кусочек счастья? Но почему? Об этом стоило подумать.

Северус галантно предложил мне руку, и мы продолжили свой путь. МакКошка поперлась следом.

— Она что-то имеет против тебя лично? — тихо спросила я.

— Не знаю, — ответил он, — это странно.

У портрета Полной Дамы мы обменялись вполне невинными поцелуями, и я скользнула в гостиную Гриффиндора. А Северус остался выслушивать претензии МакГоннагал.