<p>Юлия Ефимова</p><p>Эффект искаженных желаний</p>

«Начала, заложенные в детстве человека, похожи на вырезанные на коре молодого дерева буквы, растущие вместе с ним, составляют неотъемлемую часть его».

Виктор Гюго

Всем моим одноклассникам и просто друзьям детства посвящается.

Издержки профессии:

Вот уже семь лет, каждый раз, когда я сталкиваюсь с поступками людей, которые вне орбиты моего понимания или с жизненными обстоятельствами и невозможными совпадениями, то произношу одну и ту же фразу: «Если бы я такое написала в книге, меня бы закидали отзывами – так не бывает».

Жизнь более – изощренный писатель, чем человек.

Так что перед тем, как воскликнуть, вспомните об этом.

А лучше просто отдохните, наслаждаясь историей.

Все герои, места, события – плод фантазии автора, а совпадения случайны.

И все-таки сей мир спасет любовь,

Она одна, и нет других решений.

Он безнадежен в колесе свершений,

И все-таки его спасет любовь.

Лишь с нею мы способны на поступок,

Ведь мир, кружась в угаре сотни лет,

Не замечает уже веры свет

И позабыл давно, как свет тот хрупок.

Любовь одна богата чудесами,

Мальчишка малый или старый дед

К любимой могут через сотни бед

Под алыми примчаться парусами.

И матери любовь всего сильней,

Сквозь километры защитит дитя,

Руками беды отведя,

Почувствовав беду за семь морей.

Так любят Родину, взлетая, журавли,

Героев души унося на небеса,

Она ж на все живые голоса,

Рыдая, признается им в любви.

Что мир наш жив – нет лучших объяснений,

Как Феникс с ней он возродится вновь.

И все-таки сей мир спасет любовь —

Она одна, и нет других решений.

Стрельня

1881 год

Дом известного ювелира Зельда Сегаловича

«Как же холодно в комнате», – думала Ольга, лежа под плотным пуховым одеялом.

Сегодня разыгралась сильнейшая вьюга и, казалось, выдула через окна все тепло, которое так старательно пытались дать печи. Их было несколько в большом доме зажиточных Сегаловичей, они пыхтели и трещали, но все равно не справлялись с январскими морозами.

Ольга еще немного полежала, прислушиваясь к шорохам уснувшего дома, и нащупав босыми ногами свои меховые туфли, поплелась на первый этаж, в кухню, где царствовала их повариха Аркадия. Девочка знала, что Арка, как просила называть себя повариха, всегда находилась там, даже ночью. Оля очень любила приходить сюда в тихих потемках.

Хоть кухня и находилась на цокольном этаже, но более теплого и уютного места сейчас было не найти.

– О, явилась, именинница! – обрадовалась Арка, увидев Ольгу. – Я же тебе подарок приготовила, смотри.