Читаем Эффект Грэхема полностью

Я тянусь за кофе. Мы сидим в угловой кабинке, и стол заставлен тарелками с пирогами – кусков шесть в общей сложности, потому что мои прожорливые дядюшки никак не могли определиться, какую начинку хотят, и решили попробовать все.

Дядя Логан на минутку вышел – ему позвонила тетя Грейс, одна из трех моих крестных матерей. Крестных отцов у меня тоже трое, потому что родители не хотели выбирать кого-то одного из лучших друзей, а решение принимать надо было. Моя семья не особенно религиозна, но бабушка с дедушкой по материнской линии настояли, что нас с Уайаттом надо покрестить. Фотографии с того дня просто нелепы. Целая команда спортсменов-крестных толпится перед алтарем, держа нас с Уайаттом, одетых в тонкие белые платьишки.

Надо сказать, мне нравится, что у нас такая большая семья, пусть и не благодаря кровному родству. И мама, и папа – единственные дети в семье, и ни один в детстве не знал, каково иметь такой клан родственников и близких. Тетушка тут, дядюшка там, почти никаких кузенов… Папа не разговаривал со своим отцом много лет, вплоть до самой его смерти. И на похороны не явился. Так что приятно расти в окружении тетушек, дядюшек, кузенов и кузин. Любви в моей жизни всегда было достаточно.

Как и назойливых вопросов.

– Тебя папа на этот разговор подбил? – спрашиваю я, отпивая кофе.

– Как тебе сказать… он поднимал эту тему, да, но я, по-твоему, похож на человека, которого можно заставить что-то сделать против воли?

Дин ослепительно улыбается. У него точеная мужественная внешность, практически модельная, и с годами он только хорошеет. Я видела его фотографии времен колледжа – он и тогда был просто сногсшибателен, но, как по мне, теперь стал еще лучше.

– Я удивился, что вы расстались. Казалось, вы с Колсоном созданы друг для друга. Оба играете в хоккей. Оба внешне привлекательны.

– Конечно, ведь именно в этом состоит родство душ – заниматься одним и тем же спортом, быть примерно на одном уровне привлекательности.

– Сарказм ты унаследовала от матери, как вижу.

– Сочту за комплимент. Но мы с Кейсом правда расстались и снова не сойдемся, вот все, что я готова сказать на эту тему.

– Так ты теперь снова в поиске?

– Я бы не стала так это формулировать, но да.

Лицо Дина принимает обреченное выражение.

– Вот черт. Я правда надеялся, что до этого не дойдет.

– Это еще что значит? – подозрительно спрашиваю я.

От таких заявлений я мгновенно прихожу в состояние боевой готовности. Друзья моего папы вроде как взрослые люди, но способны на невероятные для своего возраста проделки, которые всегда обрушиваются на нас как гром среди ясного неба.

Он запускает руку в сумку, стоящую рядом с ним на сиденье. Впервые увидев Дина с этой обновкой, я, помнится, поддразнила его, спросив, с каких пор у него такая милая сумочка. Хотя она ему, наверное, нужна для работы. Дин тренирует женскую команду в Йеле, что в некотором смысле делает его нашим врагом, но не до конца, потому что его команда не в нашей конференции. Зато, если мы с ними встретимся в финале, берегись. Дядя он мне или нет, я с радостью сотру его девчонок в порошок.

Мои размышления прерываются, когда Дин, пошарив в сумке, выкладывает на стол подарок.

– Это тебе.

Я чуть не выплевываю кофе, потому что на столе передо мной лежит коробка презервативов.

И не просто коробка, а гигантская упаковка, в которой их штук пятьдесят.

– Это еще что за чертовщина? – сдавленно произношу я. – Господи боже!

– Не могу же я допустить безответственное поведение с твоей стороны, особенно теперь, когда у тебя нет постоянного парня. Лучше перестраховаться, Джиджи.

– Сколько, по-твоему, я занимаюсь сексом? Нет, стой! – поднимаю руку и строго добавляю: – Даже не смей отвечать на этот вопрос.

Дин фыркает.

– Я что хочу сказать… Я же помню колледж. Очень ярко. Гормоны бушуют. Повсюду вечеринки. Я хочу, чтобы ты была в безопасности, понятно? И не говори родителям, что я тебе их дал.

– О, поверь мне, я никогда больше об этом не заговорю.

– Кроме того, – продолжает он, отщепляя вилкой кусочек пирога с пеканом, – прежде чем связываться с парнем, убедись, что он не главный кобель в своей тусовке. А если все-таки кобель, заставь его провериться. В каждой компании всегда есть бабник.

Я уже жалею о том, какой вопрос собираюсь задать, но любопытство одерживает верх.

– И кто был бабником у вас?

– Такер, – мгновенно отвечает он.

Я снова отпиваю кофе, с сомнением поглядывая на дядю поверх чашки.

– Такер?

– Конечно. – Дин с невинным видом моргает. – Парень подцепил девчонку и с первого раза обрюхатил. Большего распутства не придумать.

– А если его послушать, так у них с тетей Сабриной была любовь с первого взгляда.

– Такер много чего говорит. Особенно обо мне и о моей якобы репутации бабника, – подмигивает Дин. – Не верь ни единому слову.

Тут к нам возвращается Джон Логан. Пару секунд он пялится на чудовищных размеров коробку с презервативами. Потом переводит взгляд на Дина и вздыхает.

– Я все расскажу ее отцу.

– Да черта с два.