Читаем Эффект Фёдора полностью

– Тебе не кажется, что для той, кто сегодня фактически научился курить, ты слишком частишь с сигаретами? – выдал он шёпотом.

– Просто хотела соблюсти ритуал. Многие утверждают, что курить после секса особенно приятно. Вот ты же куришь, и я хочу.

– Я курил и до, если ты помнишь. И вообще, Алиночка, могла бы и сказать, какой бесценный подарок решила преподнести мне этой ночью.

– Не думаю, что это что-то бы изменило, – она подвела его руку, с зажатой между пальцами сигаретой к своим губам и легонько затянулась.

Тёма с шумом выдохнул.

– Не могу смотреть, как ты куришь, – сказал он, спустя пару мгновений. – Ты делаешь это слишком эротично. Боюсь, если начнёшь курить на улицах, то сможешь спровоцировать на измену даже самых верных мужей.

Алина усмехнулась и снова потянулась к его сигарете, при этом томно прикрывая глаза.

– Издеваешься? Да? – бросил Артём, отбирая у неё свою руку, и тут же поспешил затушить сигарету. Аля довольно улыбнулась, что только подтвердило его выводы. – А если я так издеваться начну?

Он взял с подоконника недопитую бутылку виски и, немного пригубив, протянул девушке. Она не отказалась, и даже была рада запить терпкий вкус дыма. Затем последовал очередной долгий чувственный поцелуй со вкусом сигарет и виски, который снова лишил Алину любой возможности здраво мыслить. И всё на что оказалось способно её расслабленное сознание, это признать, что ей безумно нравиться всё происходящее, каким бы сумасшествием это ни казалось.

Когда же на небе появились первые проблески рассвета, а Тёма, наконец, заснул, прижав её к себе, будто какого-то плюшевого кролика, Аля попыталась хоть как-то проанализировать произошедшее. Но сонный мозг упорно не желал вдаваться в размышления и выдавал только один вывод: эту ночь она точно никогда не забудет, как и этого парня. Она ни капли не сомневалась, что, переспав с ним, совершила большую ошибку, но… оно того стоило.

***

Очередное утро очередного рабочего дня, уже привычно встретило его противной трелью будильника на телефоне. Да только на этом всё привычное заканчивалось, потому что, открыв глаза, Тёма понял, что не знает, где находится.

Изрядно раздражающая мелодия доносилась откуда-то снизу, а если точнее – из кармана валяющихся на полу джинсов. Он попытался встать и только сейчас заметил, что спал он не один, а, судя по тонкой загорелой ручке с мягкими пальчиками, что мирно покоилась на его животе – рядом лежала девушка.

Голова дико болела и казалась погружённой в туман. Проанализировав своё состояние, Тёма пришёл к выводу, что проспал не больше часа, чего было крайне мало. Но будильник вопил не просто так, а впереди его ждала всё та же придуманная Виталиком «каторга».

Осторожно встав с кровати, он выключил играющую на телефоне мелодию и поспешил одеться. Затем окинул взглядом комнату, по-видимому – женскую спальню, отметил удобный подоконник, со стоящей на нём пустой бутылкой, а в голове промелькнули странные проблески воспоминаний. Чьё-то тёплое тело… плед, сигареты и вкус виски на мягких губах. И тут его отвлекло какое-то движение со стороны кровати – девушка перевернулась и, не просыпаясь, сбросила на пол тонкое махровое одеяло. Тёма замер, переводя взгляд с обнажённой стройной брюнетки, в которой он с удивлением узнал Алину, на несколько красных пятен не безупречно белой простыне. Все воспоминания тут же сложились в одну общую картину вчерашнего вечера, из которой следовал только один вывод – нужно сваливать отсюда, пока не проснулись грозные родители, иначе последствия могут быть крайне плачевными.

Но взгляд как загипнотизированный снова и снова возвращался к спящей девушке. Ласкал изгибы тела, гладил россыпь длинных волос, касался чуть приоткрытых губ. И Тёма едва сдержался, чтобы не подойти к ней, но вовремя вспомнил, что нужно уходить.

Квартиру он покинул без каких-либо происшествий, и даже пресловутые гантели, через которые споткнулся ночью, в этот раз обошёл стороной. Но только оказавшись в лифте смог вздохнуть спокойно. И вроде, самое время улыбнуться очередной успешной авантюре и воспоминаниям о прошедшей ночи, но мысли в голове крутились совсем не радостные. Было как-то тошно… и что самое странное – тошно от самого себя.

Да, он привык менять девушек как перчатки, используя их как нечто одноразовое. Он не запоминал их имён, почти сразу забывал, как они выглядели и, удовлетворив свои потребности в сексе, всегда выпроваживал очередную пассию, либо уезжал сам. А в этот раз почему-то остался… Ладно. Это можно списать на сильную усталость и обилие алкоголя в крови, но почему тогда сейчас так не хочется уходить?