– Послушай, Морин, я вернусь в Штаты через месяц. Может быть, даже раньше. У меня такое ощущение, что настоящий друг рядом тебе не помешает. Я сию же минуту все бросил бы и прилетел к вам, но здесь такая карусель завертелась! И кроме меня некому разбираться с делами. – Он молчал так долго, что Морин уже решила, что их разъединили. А потом добавил: – Думаю, ты уже встречалась с адвокатом Ллойда?

Что-то в его голосе насторожило Морин.

– Ты знал о неприятностях в турагентстве Ллойда? – медленно проговорила она.

– Не совсем. Но Ллойд действительно упоминал о некоторых сложностях с выплатой ссуды. Если бы я только был рядом…

– Это ничего бы не изменило, – перебила его Морин. – Ллойд все равно бы… – Она не смогла закончить фразу.

– Если я хоть чем-то могу помочь – только скажи, Морин. – Помолчав мгновение, он продолжил: – Ты, видимо, будешь подыскивать себе работу. Уже решила, чем бы хотела заняться?

– Я только вчера узнала о… об этих проблемах. У меня еще не было времени как следует все обдумать.

– Ну, так и не спеши. Ты сильная, Морин. Я знаю, ты справишься.

Спустя миг телефон умолк. Морин положила трубку и еще долго стояла, уставившись невидящими глазами в пространство и прислушиваясь к тупой боли в сердце. Ноа легко говорить, что она со всем справится, но что же ей делать? Как сохранить привычную жизнь Шелли, как облегчить ей утрату отца?

4

Морин стояла у окна на кухне с чашкой кофе в руке и смотрела на галдящую толпу подростков, расположившихся вокруг бассейна. Из-за спешки она пропустила сегодня ленч, но желудок у нее сводило не от голода. А от едва сдерживаемого гнева – и обиды.

«Что же случилось с пресловутой обещанной помощью Шелли?» – кипятилась в душе Морин. По кухне, заваленной грязной посудой, словно прошелся смерч; все имеющиеся в доме полотенца мокрой грудой свалены у двери на патио; и Морин даже не нужно было заглядывать в туалетную комнату на первом этаже, чтобы сказать, в каком она состоянии… впрочем, и ванные на втором этаже, скорее всего, не в лучшем.

Совсем недавно Шелли пообещала, что подобных погромов больше не будет. Морин еще не отошла от последней вечеринки, когда, неожиданно рано закончив поиски работы, вернулась домой и обнаружила… Боже, страшно вспомнить! Десяток полуобнаженных девиц загорали вокруг бассейна, еще несколько в таком же виде расположились в патио, а в собственной спальне Морин застала милующуюся парочку…

Она чувствовала себя смертельно уставшей. И старой. Боже, какой же она себя чувствовала старой! И если бы хоть что-нибудь облегчило ее бесконечные проблемы, накладывающиеся одна на другую, размножающиеся как… как кролики весной. Конечно, ей стало бы легче, если б она нашла работу, чтобы не волноваться о ежедневных расходах. Откуда, интересно, взялась эта ее наивная уверенность, что ей не составит труда найти пусть не квалифицированную, но хотя бы низкооплачиваемую работу – скажем, продавца или секретарши?

Она просто-напросто забыла, где живет. Это же «Солнечный край»! Каждый день сотни приезжих, спасаясь от зимней стужи северных штатов, пересекали границу Флориды и так же, как она, начинали поиски работы! Да, разумеется, местные жители, особенно со знанием иностранного языка, имели преимущество перед приезжими – само собой негласное. Но, во-первых, рабочих мест было крайне мало, а во-вторых, Морин не работала ни дня в своей жизни… Так могла ли она рассчитывать найти хоть какое-нибудь, пусть даже самое низкооплачиваемое, место?

Что ж, завтра она возобновит свои поиски. А сейчас, выпив эту чашку кофе, чтобы компенсировать упущенный ленч, она… займется привычным делом. Надо убрать за детьми…

Но когда подростки ушли, забрав с собой и мрачную, как обычно, Шелли, Морин поняла, что слишком устала и не в состоянии сразу же начать уборку. Она села за стол на кухне и, уронив голову на сцепленные ладони, с ужасом представила себе непочатый край ожидавшей ее работы.

Зазвонил телефон, и Морин схватила трубку, радуясь, что нашлась причина хоть ненадолго потянуть с уборкой. Услышав протяжный, с придыханием, голос Лоис Медина, она едва не застонала. Сейчас на нее обрушится шквал ядовитых сплетен о людях, которые, как теперь казалось Морин, жили в каком-то другом мире. Ну не странно ли, думала она, что финансовая стабильность – или же отсутствие таковой – заменяла собой практически все в жизни… и словно бы рассовывала людей по разным полочкам?

Тем не менее она из вежливости поддержала беседу: да, очень жаль, что Диксоны снова разбежались… да, конечно, наверняка новый «Линкольн» Лоис великолепен.

– Так когда же ты появишься у нас за ленчем? В конце концов, уже полтора месяца как… ну, ты понимаешь.