Читаем Эдуард I полностью

Еще до начала процесса по выбору короля Шотландии Эдуард I открыто продемонстрировал, что именно себя он считает господином и повелителем всех Британских островов. Хронист из цистерцианского аббатства Уэверли писал: «Эдуард, король Англии собрал магнатов королевства и тех, кто составлял его совет. Он заявил о своем намерении взять под свой контроль короля и королевство Шотландия, как недавно подчинил своей власти Уэльс, введя армию в ту землю. Так же вскоре он овладеет и упомянутым королем Шотландии»[102].

Эдуард I пригласил всех претендентов на вакантный шотландский трон встретиться с ним в Норэмском замке, расположенном на северной границе Англии в графстве Нортумберленд. К началу мая 1291 года там собрались английские судьи, хронисты, папский нотариус и множество шотландцев — лордов, прелатов, рыцарей и представителей городов. Судья королевской скамьи сэр Роджер Брабазон 10 мая во всеуслышание объявил, что Эдуард I явился в Норэм как верховный властитель Шотландского королевства, чтобы согласно своей феодальной обязанности справедливо рассудить вассалов. Брабазон потребовал до начала разбирательства передать Эдуарду Шотландию как вакантный лен, судьба которого должна быть решена королем.

После этого судья зачитал более чем спорные и неполные доказательства, собранные английскими хронистами и монахами, особенно подробно останавливаясь на случаях принесения оммажа шотландцами вплоть до времени правления Генри II и старательно игнорируя всё, что произошло позднее.

* * *

Ошеломленные и совершенно неподготовленные к такому повороту дел шотландцы поначалу не смогли ничего противопоставить английским аргументам. Однако Роберту Уишарту епископу Глазгоскому удалось быстро собраться с мыслями и решительно отвергнуть притязания английского короля. За ним в себя пришли и прочие шотландские представители. Они потребовали, чтобы им дали время ознакомиться с делом глубже и отложить процесс на три недели. Король согласился, назначив продолжение разбирательства на 2 июня 1291 года. Но при этом он поклялся именем святого Эдуарда Исповедника, что ни на йоту не отступится от своих претензий.

К указанному сроку шотландцы подготовили тщательно выверенное письменное заявление, в котором попытались оспорить правомочность претензий Эдуарда I на сюзеренитет над Шотландией. Они заявили, что шотландский народ не знает таких пунктов закона, согласно которым можно было бы обосновать вассальное подчинение английскому королю. Поэтому они никак не могут обязать своего будущего монарха признать себя вассалом короля Англии. Шотландцы заявили, что в отсутствие законного владыки им невозможно принять на себя ответственность за столь важное решение.

В ответ англичане резонно заметили, что именно при отсутствии в Шотландии короля как раз и следует признать верховную власть Эдуарда I — единственного, кто в состоянии дать им законного монарха. Как бы там ни было, но склонить чашу весов в споре на свою сторону шотландские представители не смогли. Реальной альтернативой вассального подчинения Эдуарду I были только гражданская война и вторжение иностранного войска, которого не пришлось бы долго ждать. Магнаты английского Севера держали свои дружины в полной боевой готовности, а за Святым островом, в каких-то десяти километрах от Берика курсировал английский флот. Поэтому шотландцам пришлось смириться с предложенными условиями. Они поклялись подчиниться суду Эдуарда I и принять его решение.

Воодушевленный одержанной победой английский король немедленно потребовал передачи под его контроль всех шотландских коронных замков. Он изменил состав совета хранителей, введя в него англичанина — йоркширского лорда Брайана Фицалана Бидейлского. Эдуард I дал возможность шотландцам избрать канцлера, но постановил, что тот должен все свои шаги согласовывать с клерками лорд-канцлера Англии. Затем король отправился в поездку по Шотландии. Он посетил крупнейшие и важнейшие города страны — Эдинбург, Стерлинг, Данфермлин, Сент-Эндрюс и Перт. В переданные ему 23 замка, разбросанные по всей стране и обеспечивавшие контроль над ней, король назначил новых констеблей.

Однако и это путешествие ему пришлось в срочном порядке прервать, ибо он получил еще одно трагическое известие. На этот раз гонец доставил письмо, в котором сообщалось о смерти второй обожаемой королем женщины. Его мать Элеонора Прованская скончалась в Эймсберийском приорстве в ночь на 25 июня 1291 года в возрасте 68 лет. Эдуард I приказал отложить похороны до его прибытия. Объявив о перерыве в работе английской и шотландской делегаций, он спешно выехал на юг. Элеонора была похоронена в день Вознесения Девы Марии, то есть 15 августа в том самом монастыре, где она провела последние месяцы своей жизни. Однако до наших дней ее могила не сохранилась, поэтому Элеонора — единственная английская королева, место захоронения которой точно не локализовано.

* * *