Читаем Единорог полностью

С тех пор как он покинул дом этим утром, Эффингэм почти непрерывно говорил с Алисой. Темой разговора была Ханна или, точнее, сам Эффингэм. Он объяснял Алисе все с самого начала. Теперь он понял и точно увидел, как все произошло. Ханна была для него целомудренной матерью, богиней, Девой-матерью. Грех, который Ханна через свое безгрешное страдание искупала для него, грех предательства его матери с его собственным отцом по отношению к нему. Ханна была матерью непорочной, чистой, уединенной. Из-за подсознательного неприятия сексуального греха своей матери он не в состоянии был установить какую-то иную удовлетворительную связь с женщинами, кроме изысканной рыцарской любви. Он идентифицировал женщину, которую любил, со своей матерью, и она виделась ему недостижимой и святой.

Ханна, конечно, полностью подходит для этой роли. Или подходила. Разумеется, теперь это стало невозможно. В действительности он не любил Ханну, он любил вымышленный образ, который мог перенести на нее, пока она была чиста и непорочна. Теперь он осознал крушение всех своих чувств. Вот к какому выводу он подходил. Это действительно было интересно и любопытно. Когда он прислушивался к своему сердцу, ему казалось, что его любовь к Ханне прекратилась, внезапно погасла. Конечно, все происходило не так быстро, и он не мог считать себя исцеленным. Трудность всегда заключалась в том, чтобы воспринятое разумом скорее донести до чувств. Теперь придется медленно осваивать новую сущность, полностью этим проникнуться. И когда он полностью справится с разочарованием, — возможно, обретет способность любить по-настоящему. Наконец он понял себя, но ему придется многократно повторять все это как заклинание, прежде чем он действительно освободится. Алиса должна помочь ему. Ей следует выслушать его урок. И когда он повторит его достаточное число раз, он станет полностью и всецело принадлежать ей в настоящем, как уже принадлежал в ее мыслях в прошлом. Он комфортно чувствовал себя с нею — всегда подлинной, реальной. Только пусть она выслушает, как он повторяет заклинание, и все будет хорошо.

Алиса слушала его со скептическим выражением лица, внезапно разражаясь слезами, но держала его за руку, пока он исступленно говорил час за часом. Она дважды предложила ему поговорить с ее отцом, но Эффингэм отказался. Он еще не был готов предстать перед Максом, так как недостаточно много раз повторил заклинание. Макс бы не понял. Следует обезопасить себя, заручиться поддержкой Алисы, прежде чем он встретится с Максом. Сама Алиса, конечно, побывала у отца и рассказала ему, что произошло в соседнем доме, но Макс не позвал Эффингэма. Так проходили часы.