Читаем Джо 3 полностью

На дворе светит солнышко, земля уже постепенно лишается снежного покрова, с пригорка, который я уже назначил официальной точкой приема гостей, мне приветливо машет хвостом Кум. За частоколом, сияющим непотревоженной защитной магией, негромко ругаются знакомыми гоблинскими голосами, обвиняя друг друга в преступной потере бдительности. Проблема, из-за которой у супругов Редглиттер очередной мелкий спор, вовсю орёт на три лада, причем как животное, в простонародье именуемое «козой».

— И вот как это называется? — риторически спрашиваю я, входя под сень собственного крова, — Стоило только чуть-чуть отлучиться, как вас, опытнейших бродяг, обводит вокруг носа эльфийка, у которой еще молоко на губах не обсохло!

Вместо ответа, упершая руки в боки гоблинша, имеющая крайне боевитый вид, обводит меня внимательным взглядом.

— Одет в тряпье, — выносит она вердикт, — но цел и с большим кошелем! И мешок немалый. Шайна не видно. Продал его, что ли?

— Если бы, — улыбаюсь я, — Бесплатно забрали. Вы тут как?

— Да неплохо… — ворчит Санс, — Если бы моя дорогуша не приветила эльфийку и не распустила бы уши. Что нам теперь с козами делать?

— Ах ты… — поворачивается к нему жена, но осекается при звуках моего голоса.

— Дело есть, Редглиттеры, — серьезным тоном говорю я, двигаясь к дому, — Идемте, обкашляем.

Гоблинская чета, переглянувшись между собой, молча следует за мной на третий этаж нашей большой башни. По дороге мне попадаются другие гоблины, здоровающиеся один за другим, отвечаю им тем же. Наемные работники выглядят весело, полны энтузиазма и не демонстрируют признаков усталости или недовольства. Идеально.

— А где наши волшебники? — интересуюсь я.

— В Дестаде, — докладывают мне сзади, — Что-то там Мойра придумала…

— Ну и хорошо.

Меньше глаз, меньше ушей.

Поднявшись в лабораторию, я запер за нами тремя дверь, а затем, пошуровав на полках, добыл оттуда три стакана, которые и поставил на стол. А затем добыл из мешка…

— О! — шмыгнул носом одноглазый гоблин, — Ром?

— С Аркада Порты, — тут же постановила его жена, мрачно блеснув взглядом, — Я эти печати сразу узнаю. Тебе же не дрянь продали, Джо?

— Не продали вообще, — ухмыльнулся я, разливая напиток в кружки, — Взял из бара Ледяной Головы. Давайте-ка помянем рыжего бандерлога…

И вот тут до них дошло…

Вас когда-нибудь пытались растащить на клочки два бывших пирата, неистово трясущих, переругивающихся, перепихивающихся и перебивающих друг друга? Совершенно забавное зрелище, в котором прослеживается нечто, что с трудом бы мог уловить даже сам Эфирнаэбаэль Зис Овершналь, но кристально ясное мне. К счастью, разговор идёт, даже бурлит, ром течет в кружки, гоблинские уши жадно внимают подробностям, а языки задают, задают и задают вопросы, на которые получают один ответ за другим.

— Вы грохнули Порту⁈ И ты убил самого Ледяную Голову⁈

— Ну, я его не убивал. Там просто образовался хаотичный магический феномен, а эльф украл не только меня, но и мачту…

— Ты организовал этот феномен, саблю мне в зад!! Девять тысяч кракенов, парень!!!

— А что мне оставалось делать, они хотели отрубить мне ноги! Они украли мою робу! И шляпу!

— Да к демонам рыжебородого, Санс! Аркада Порта! Он раздолбал, считай, всё!

— Да не я это! Это Лючия!

— Ври больше, пройдоха! Она тебе заказала, а ты все организовал! Не приписывай богине этого дерьма!

— В смысле не приписывай⁈ Думаете, я сам захотел⁈

— Неважно! Ты это сделал! Даже не отрицай! Такую малину угробил!!

Ром, разговоре о море и о пиратах. Разгоряченные гоблины все больше и больше погружаются в разговор, их глаза горят. Не только глаза, но и сердца, и дух. Да, они такие же головорезы и негодяи как и те, кого мы без жалости сокрушили, но…

Они мои головорезы. Я за них отвечаю.

…пора приступать.

— Идемте сюда. Становитесь здесь, — внезапно прервав разговор, командую я серьезным голосом и два слегка сбитых с толку существа подчиняются, — Закройте глаза. Вспомните море, вспомните корабль, вспомните эту жизнь. Не думайте, выполняйте.

Мои ладони, сияющие на внутренней стороне золотыми кругами, ложатся на головы двух замерших гоблинов.

Гиас — это магия клятв, магия моря, магия души. Страшная и необоримая штука, въедающаяся в твою суть, сливающаяся с нею. Это как правило, которое нельзя отменить и изменить, никак. Каким бы искусным не был волшебник, даже сам Эфирнаэбаэль, он не смог бы снять гиас с существа, добровольно принявшего в себя такую магию.

Боги же — могут. Протянуть золотую нить душе смертного, направить её прочь из когтей магии, отделить естественное от нанесенного, ослабить и убрать то, что противно и чуждо самой душе. Не сломать, не отменить, а распутать, разделить, вернув естественный порядок вещей. Возвратив свободу. Единственную настоящую ценность любого бродяги. Воля сделать шаг в том направлении, в котором действительно хочешь — это рай того, кто меряет этими шагами жизни и миры. Неволя же…

…это ад.