Читаем Джо 3 полностью

Вы когда-нибудь задумывались о том, что нужно мужчине? Верный меч и верный конь, верный кошелек с золотом, который он получит этим мечом, да верная кошельку деваха, с которой он его и потратит. Цикл несложный, повторяющийся до победного конца, вполне динамичный. Однако, не работающий без алкоголя, потому что непьющий мужчина или… не едящий мяса мужчина… гм, не будем про ненормальных. Кого они интересуют? Они же не целевая аудитория!

Кто в Аркада Порта мог знать за алкоголь? Конечно же, маги! А кто из них главный эксперт, буквально живой пиратский святой, снабжающий свою паству ромом? Конечно же, Аюшанк Смоллдабрук по прозвищу Живая Нога!

— Вот, смотрите, коллега! — разглагольствовал старый, бодрый и с невероятно густым перегаром маг, резво хромая по своей вотчине, — Мы не мелочимся! Нет, не мелочимся! Можем возгонять до пяти раз! Пяти!! Но кто даст⁈ Они⁈ Ха!

Машинерия тут была серьезная, мощная. Настоящая спиртопроизводящая фабрика, на которой уже додумались отступить от классической схемы производства и выдержки рома к другим, более быстрым и дешевым технологиям. Ром теперь бился на «верхний» и «нижний», причем популярность более дешевого варианта была куда выше. Народ голосовал золотом за более простые решения, учитывая, что «нижний» ром никаких хлопот со здоровьем не приносил. Алкогольная индустрия Аркады Порта работала без сбоев, накладок и нарушений техник безопасности.

Из-за магии, конечно же.

— Продегустируем? — с крайне малым содержанием вопроса в этом предложении заявил Аюмшанк, — У меня тут есть особая малая линия для Адмирала и его приближенных… к коим я себя и отношу, хе-хе!

— С большим удовольствием! — без всяких напрягов я вкрадывался в широко распахнутое сердце старого мага, который, при всем своем богатстве и власти (крайне немалых!) чхать хотел на эти мелочи жизни, когда речь шла о его страсти!

Кстати, страсть заключалась не в бухле, хотя количество страдающих алкоголизмом магов чрезвычайно велико, а в механизмах, с помощью которых и функционировала эта прекрасная фабрика, выдающая в сутки приблизительно двести литров «верхнего» рома и четыре тонны «нижнего». Великолепная организация!

Я её, конечно же, сворую. Ну, в смысле схему. Как всю громадину отсюда переть-то? Тут, в вотчине Живой Ноги, одной машинерии десятки тонн!

Передо мной, как перед будущим императором алкоголя, стоял куда более острый вопрос, чем оттачивание технологий возгонки обычного зеленого змия, и вот с этой проблемой, к моему громадному удивлению, смог помочь старина Аюмшанк! Не сразу, после полутора литров реально крайне неплохого рома, оставляющего во рту богатое, хоть и сладковатое послевкусие, но, тем не менее, старый волшебник протянул мне руку помощи!

— Волшебный мир? — бормотал он, блаженно щуря глаза, — Там все не так плохо, как нам рассказывают, юноша! Куда более варварское место, конечно, но пьют все, дорогой мой! Запомните, пьют — все и всегда! Драконы, оборотни, гремлины и полироны, цверги и кикиморы, зиксы… ай, к демонам бездны! Демоны тоже пьют! Верьте мне! Верьте!

Я верил.

— Не верите⁈ — горячился дед, притоптывая своей знаменитой живой ногой (просто очень дерганной конечностью), — Идемте! Идемте, я вам покажу свои дневники! У нас разные гости бывают! Разные! Запас… запас должен быть для каждого! Это же Аркада Порта! Идемте! Я вам всё продемонстрирую! И сноски на полях объясню, там очень важные нюансы!

Ооуууооо… повезло-повезло! Джек-пот, с-сученьки!

Пока я нежно прохлаждался в глубинах святая-святых местного царства, Шайн был занят тем, что бегал по всему острову от людей, желающих взять его за пушистую жопу и позадавать вопросики на тему моей светлой личности. Технически, с поддержкой волшебства, поимка одного несчастного фамильяра должна была стать вопросом пары минут, только вот, увы и ах, магия не видела Шайна ни вблизи, ни вдалеке. Вот такая вот загогулина.

Тем временем уже второй день в пиратской столице заваривалась та еще почухонь. Молва о везучем молодом гаде, что захомутал великолепную и неуловимую блондинку, а теперь собирается её продать за половину сокровищ местной Тортуги, ярилась и множилась. На волшебников катили все бочки, что только возможно, как на сволочей, гадов и иждивенцев, вмешавшихся в Великую Пиратскую Охоту. Откуда появилось последнее, не знал никто, кроме одного проходимца, его кота и некоего отирающегося в городе эльфа, но остальных, то есть несколько десятков тысяч мерзких сволочей, ни грамма не интересовали истоки легенды.

Она росла.

Не просто так, кстати. Пираты, работорговцы и контрабандисты, как ни крути — а люди мира, так что неприязнь к магии, взращенную на других берегах, они тащили к себе домой как часть добычи. Мало-помалу, как ходили слухи, эта неприязнь становилась новым мейнстримом в человеческих королевствах.