— Но в этой работе должно быть задействовано не более половины гремлинов, если есть другие задания. Пока, на первое время, нам хватит и двух десятков листов, потом понадобятся сотни.

— Сотни! — теперь это был маленький, но очень воодушевленный китаец.

— Именно так, — благодушно кивнул я, оценивая дело своих рук (и магии).

На обычном листе чуть желтоватой бумаги был изображен по центру большой сердитый глаз, по четырем сторонам света, от которого виднелись символы Школы и Лючии. Чуть ниже шла прихотливая, но четко читаемая надпись: «Мы знаем». Просто и сердито, но отнюдь не дешево, потому что собака тут порылась в том, чего увидеть было нельзя — мы с гремлином заколдовали листок. Совершенно бессмысленным, но очень сложным нагромождением микроскопических линий магии, в которых, при желании присмотреться и причувствоваться, угадывались блоки от самых разных ритуалов. Это была полная чепуха. На обратной стороне листка был простенький конструкт, заставляющий бумагу немедленно сгорать, если она будет оторвана от стены.

Что? Зачем? Как? Ну, это будет мой маленький секрет. А пока работа над копиями этого шедевра мало того, что займет гремлинов, но еще и заработает мне с ними репутацию. Они обожают такое дело.

— Приятное место, — спустя пару часов заявила мне Аранья, вернувшаяся с Сансом с экскурсии, — Правда, перебор магии в воздухе, но это нам даже на пользу, да, дорогой?

— Предлагаю о мелочах дома поговорить, — хмуро отозвался бывший пиратский кок, обращаясь затем ко мне, — Джо, мы так и не въехали, чем сами будем тут заниматься. Просвети уже.

— Идемте к ректору, — поманил я гоблинов рукой, — Это нужно обсуждать с ним и с Крэйвеном. Мы должны будем залезть на его делянку.

— Этого малохольного? — скривился гоблин, — И в каком это месте?

— Контрабанда, Санс. Вы будете рулить именно этим.

<p>Глава 3</p><p>Фортуна и прочие дамы</p>

Быть волшебником — очень комфортно, говорю как человек, хлебнувший в прошлых жизнях бродяжничества полной мерой. Подогреть чай? Заклинание. Взбить подушку? Заклинание. Не хочешь, чтобы тебя по утрам будил петушиный ор из соседней деревни? Заклинание. И вы даже не представляете себе, что я делаю, когда у меня чешется спина. Нет, не представляете. Никогда в жизни не догадаетесь.

На этот раз я хотел быть разбуженным, поэтому заглушку на окно ставить не стал. Впереди было много работы, Школа не собиралась терять времени зря, поэтому мой выпуск должен был начать прибывать на аттестацию через пару дней. В общем, не суть важно, обычные трудовые будни для человека, признаюсь, давным-давно соскучившегося по какой-нибудь движухе.

Однако, я не учел того, что устал за предыдущий день как собака, так что крики горластых и клювастых уродов из Липавок я умудрился проспать, но судьба была ко мне так благосклонна, что заменила их на другой будильник. И нет, это был вовсе не Шайн, требующий себе еды (его бы накормили гоблины), а женский голос, визгливо и тонко орущий под стенами моей башни. Очень мелодичный, вопросов нет, но поверьте, вам спросонья вовсе не до таких тонкостей.

Голос орал, визжал, проклинал некоего волшебника Джо до десятого колена, носительница голоса увернулась от того, чем в неё бросил Санс, но теперь в качестве целей были покрыты и прокляты оба. Я лежал, вслушиваясь в эти рулады, пытался понять, почему мне этот голос частично знаком, и когда это я успел носительнице таких вокальных данных набздыхать в чай.

Последнее скоро перестало быть тайной.

Голос оповещал всю округу о том, что принадлежал порядочной девушке, которая скромно, и никого не трогая, строила себе в лесу домик. Совершенно невинное и полностью законопослушное деяние в местах, где у носительницы голоска попросту не могло быть недоброжелателей, как ей казалось! Однако, местный человек-волшебник, существо злобное и хамоватое до припадочности, не счел нужным даже оповестить её, несчастную, о том, что строится она непозволительно близко к его башне! Поэтому надо, используя способы подлые и колдовские, натравить на её домик двух сумасшедших животных, которые, разломав все труды бедняжки, устроили оргию прямо на развалинах девичьей мечты!

— Ты подлец и негодяй, человек! — закончила свое выступление незнакомка.

— С этим сложно не согласиться, — послушно согласился высовывающийся из окна я, чтобы увидеть распекающую особу и сильно удивиться, — Опа!

Сложно забыть женщину, с которой у тебя в этой жизни был первый (и последний) физический контакт. Тем более, если она юная эльфийка с самой очаровательной на ощупь задницей, которую только можно себе представить. Нет, остальное я тоже запомнил! Остренькое личико с крохотным носом, чуть вытянутое, но вполне себе милое, пушистые ресницы, чуть припухлые губки… прическа, правда, простоватая, всего лишь два хвоста светло-русых волос, заведенные за плечи, но какие её годы. Раньше, кстати, блондинкой была, видимо, красилась. Ах да, отсутствие сисек. Ну это общая эльфийская беда. Зато у неё ноги длинные.