Глеб Сабакин

Джаз-банда

Посвящается мне самому — тому, из прошлой жизни.

Всё это чистой воды вымысел и любые совпадения случайны.

Данный текст ничего не пропагандирует и никого не оскорбляет. Наркотики, насилие, криминал — это плохие вещи. Если при прочтении вам показалось иначе, то проблема в вас, а не в тексте.

Специально для любителей доносов — всё нехорошее в тексте описывается сугубо в негативном контексте. Не портите свою карму, пытаясь мне навредить.

Содержит нецензурную брань. 18 +, конечно же.

* * *

Все мы в рамках одной жизни проживаем несколько разных. И часто кажется — то, что происходит сегодня, это и есть наша основная жизнь, которая будет всегда. А спустя время оказывается, что это был только один из эпизодов.

Прошло много лет, и уже кажется — всё, о чём я расскажу, мне всего лишь приснилось.

Это был очень яркий эпизод. Я вспоминаю о нём почти каждый день. С мурашками по спине, а иногда — чего стесняться — со слезами на глазах.

И я благодарен Вселенной, что та жизнь осталась в прошлом. Что я не погряз в том болоте и увидел другие миры. Что проскочил тот период без серьёзных потерь, не умер, не лишился здоровья, не сел в тюрьму.

Я очень много рефлексировал. Жалею ли я о том, как прожил эти пять лет? Ну, а какой смысл жалеть, время вспять уже не повернуть. Да и хорошего там было немало, а уж интересного — хоть отбавляй. И наверняка приобретенный за это время специфический жизненный опыт куда важнее знаний, недополученных мной в университете. И, вообще, кто знает, как сейчас сложилась бы моя жизнь, пойди я по иному пути. Звучит банально, но ведь мы не были бы сейчас теми, кто есть, не будь нашего прошлого.

Одно могу сказать точно — жалею, что испортил свою карму плохими поступками. Всё плохое окольными путями постепенно мне возвращалось в последующие годы.

И отвечу-ка я, пожалуй, сам себе словами великого русского поэта Дмитрия Файна. Что было — то было, прошлого всё равно не переделать. Переоденусь в чистое, дуну и поеду уткой по-пекински обедать.

Часть 1. Матня

1

Вступление в группировку

Иду вступать в группировку.

Ведёт меня мой друг и поручитель Вован, весёлый парень с вальяжной походкой и чётками в руках. Сегодня таких рисуют в карикатурах и высмеивают в несмешных комедиях, а тогда это был типичный представитель социума. Таких динозавров и теперь можно немало встретить в глубинной России.

— Не ссы, — объясняет он. — Держись уверенно. Отвечай спокойно. Будут бить, главное — встать в отмах. Стормозишь или заочкуешь — хана, просто запинают как черта. Будешь жить потом как лох. Да не очкуй ты, через полчаса будешь в нашей джаз-банде.

Я, конечно, волнуюсь. Но ещё сильнее меня гложет любопытство.

Наш путь лежит на школьный стадион. По дороге попадаются компании гопников, со всеми здороваемся. Некоторые спрашивают Вована, кто я такой, и дальше идём вместе.

Картина на стадионе захватывала дух. Человек двести, все бритые наголо, в однообразных спортивных костюмах. И особая атмосфера в воздухе, которую трудно описать словами.

Сегодня, когда массовые сборища моментально привлекают внимание органов, такое трудно представить. Тогда же ни у кого не возникало вопросов, что происходит — ни у безмятежно гуляющих неподалеку родителей с колясками, ни у стариков на лавочках, ни у проезжающей мимо милиции. Не беспокоило это и большинство родителей, которые прекрасно понимали, куда их дети бегают как по расписанию и с какой компанией они связались. Хотя, кого-то, может, и беспокоило, кто-то, возможно, плёл родителям небылицы, а те верили. У меня такой проблемы не было, я тогда жил с бабушкой, которую моя жизнь не волновала.

Среди толпы образовался пятачок, в котором несколько парней постарше нас проводили собрание.

Мероприятие называлось сборами. У этого термина есть и другое значение — регулярные взносы в общак.

Парни что-то объясняли про какие-то разборки и давали наставления. Потом дело дошло до меня.

Я вышел в круг. Вован представил меня, сказал, что ручается. Один из старших задал несколько простых вопросов — кто, откуда, нет ли за мной косяков.

Вдруг из толпы на меня вылетели трое. Я ожидал этого, но не думал, что будет так внезапно. Успел ударить одного в лицо, второго слегка пнул ногой в колено, когда падал. И всё — добивать меня не стали. Позже мне объяснили, что бить ногами своих нельзя, это расценивается как унижение. Как и пощёчина вместо удара кулаком.

Мне помогли встать и дали салфетку, вытереть кровь из разбитого носа. Сказали короткую стандартную речь, которую я впоследствии здесь слышал не раз, что-то в духе «нормально делай — нормально будет». И Вовану напомнили, что с него за меня тоже спрос.

Вскоре нам было велено рассосаться, и толпа разбрелась по району.