Читаем Джагер полностью

– Выйдет! – резко произнес Ильмар. – Нам главное фургон с Гестом захватить. Даже не так – самого Преподобного взять. На остальных плевать. Уяснил?

– Да.

– Скачи в отряд. Пришлю к тебе Калеба, с ним в дозор еще двоих отправишь. Как возвернутся, сразу их ко мне.

Помощник покивал, но атаман заметил, что тот думает о чем-то своем. Ильмар остановил коня, схватил Прохора за ворот, притянул к себе.

– Ты че, Прохор, в облаках летаешь?! – прошипел Крест. – Ты, часом, как Хэнк, травкой не балуешь?

Ординарец дунул на вихрастый рыжий чуб, выбившийся из-под фуражки. Когда атаман отпустил его, проговорил:

– Что я людям скажу, которых на площадь по твоему приказу отправлю? Они ж почитай смертники…

– Дурак! – Ильмар с досады плюнул через плечо. Взглянул в светло-серые глаза ординарца, и тот опустил голову. – На кону дело такое… Награду всем пообещаешь. Тем, кто подорвет сендер, – двойную награду. И хороших бойцов туда посади, чтоб били без промаха. Теперь все ясно?

– Да. – Прохор кивнул.

– В отряд скачи. Все чтоб тряпки белые на рукава повязали, как у людей Хэнка.

– Сделаем.

– А я с киевскими разберусь пока, – закончил Ильмар и лупанул коня плеткой по крупу. – Пшел! – Пронзительно свистнул, ударив жеребца пятками в бока, снова крикнул: – Пшел!

Атаман промчался мимо колонны всадников вниз по склону. Некоторые, провожая его взглядом, салютовали пиками с алыми флажками на древке. Проскакав вдоль обозных телег, выстроившихся на дороге, Ильмар увидал бегущего навстречу Миху и натянул повод.

– Больной очнулся? – наклонившись, тихо спросил Ильмар.

Миха, мыча, часто закивал, схватился за стремя. Атаман направил коня к крытым повозкам с ранеными, бывший монах побежал рядом. Подъехав к повозке, где везли Зиновия Артюха, Ильмар спрыгнул на землю. Откинулся брезентовый полог, выглянул Яков, покрутил головой и уселся сбоку на приступок, уперев карабин прикладом в бедро. Атаман забрался внутрь.

Артюх сидел на одеяле, забившись в дальний угол, обхватив согнутые колени, напротив него – лекарь с миской, на стенках которой виднелись потеки зеленоватой кашицы.

– Как он? – спросил Ильмар.

Лекарь покосился на него и молча полез к выходу.

Когда атаман придвинулся, Зиновий поднял голову, взглянул отрешенно. Атаман поводил ладонью у него перед лицом, решив, что старик впал в наркотический транс, и вздрогнул, когда тот заговорил уверенным голосом:

– К северо-западу от Улья небоходов, за огненными топями, стоит монастырь. Имя ему – Свирь. За Свирью озеро, под ним каземат…

– Как под озером? – не удержался Ильмар. – Под водой?

– …Вход в скале. Ключ откроет врата к Трону. Даст огню пролиться с небес.

Атаман смотрел на старика, ожидая продолжения, но тот сидел, не шелохнувшись, с невидящим взглядом, и молчал. Ильмар снова помахал рукой перед лицом Зиновия. Архип забормотал:

– Знак на скале начертан – человек в шестерне. Только джагер может пройти. Только джагер!

Атаман вытер о штаны вспотевшие ладони. Конечно, хорошо, что лекарь напоил Зиновия отваром, развязавшим язык. Но тайна, к которой он сейчас прикоснулся… Если старик помянул джагеров, речь пошла о древних технологиях. Значит, атаман все верно рассудил, решив атаковать караван Преподобного Геста до того, как к перепутью перед Свирью прибудет отряд киевских. Надо во что бы то ни стало получить ключ. Про «человека в шестерне» Ильмар слышал от Геста, давняя то история, в которой была замешана глава Меха-Корпа, дочь покойного Тимерлана Гало. И еще – Гест никогда не расставался с какой-то шкатулкой. На ее крышке был выгравирован такой же знак…

– Умри! – воскликнул Зиновий, выбросив вперед руку.

Ильмар, отпрянув к борту, перехватил тонкое запястье, стиснул – из глаз старика брызнули слезы. Перед атаманом снова сидел прежний Артюх – жалкая мокрица, а не человек. Зиновий дернулся, разинув рот, неуклюже вскинул другую руку. Ильмар врезал ему локтем. Хрустнула челюсть. Старик стукнулся затылком о железную изогнутую стойку, подпиравшую тент, и повалился набок.

Хлопнул брезентовый полог.

– Исчезни! – прошипел атаман Якову, сунувшему голову в повозку.

Повернувшись, с удивлением взглянул на скрюченные пальцы старика. На безымянном, посверкивая золотом, сидел перстень с печаткой. Ильмар разогнул фаланги застонавшего Зиновия и снял перстень.

Где ж старик его прятал? Ведь обыскивали. Квадратную печатку перстня украшал «человек в шестерне». На оттиске вздулась маслянистая капля. Прищурившись, Ильмар увидел небольшую прорезь на боковине, чуть ниже печатки. Взяв перстень двумя пальцами, надел себе на мизинец и осторожно ковырнул ногтем боковину. Печатка слегка провернулась.