Читаем Дымовое древо полностью

Лодка двигалась вверх по течению. Река была мелководная, стремительная, коричневая. Все хранили молчание. Негромко урчал подвесной двигатель. Воняло дымом. Город постепенно оставался позади. Сначала по берегам ещё попадались кое-какие редкие жилища, но потом закончились и они.

Через много миль вверх по реке двое пассажиров вышли из лодки на деревянную пристань, которая, как казалось, не обслуживала ни ближайшую деревню, ни какой бы то ни было населённый пункт.

– Куда это он уплывает, блядь?

У них на глазах лодка вошла в более глубокую воду и повернула обратно вниз по течению.

– Он хочет увидеть свой народ. Он вернётся. Когда мы придём к ужину, он будет здесь.

Шторм повязал бандану вокруг лба. Они забросили за спину рюкзаки и под предводительством Джонни тронулись по проторённой тропе, огибая часто встречаемые на пути большие лепёшки слоновьего помёта, из которых росли крошечные грибы. Здесь кто-то жил: на коре диких каучуковых деревьев виднелись спиральные надрезы, а в деревянные миски, привязанные к стволам на уровне колен, капал густой сок.

На клапане объёмистого рюкзака Джонни красовалась нашивка с флагом США. Шторм смотрел, как звёздно-полосатое знамя движется через джунгли, рея над тропой. В своём рюкзачке он нёс только сигареты, спички, блокнот, носки и банданы, завёрнутые в общий полиэтиленовый пакет, а также фонарик. И батарейки. Брать с собой пистолет не было смысла. Численный перевес в любом случае будет на стороне врага.

Дождь прекратился. Это не имело значения – всё равно придётся вымокнуть, не от дождя, так от пота.

– Ваше имя Цзюй-шуань.

– Цзюй-шуань?

– Так мне сказали.

– Цзюй-шуань? Это какая-то бессмыслица. Нет такого китайского имени – Цзюй-шуань.

Они поднимались в гору, они тяжело дышали, и Джонни остановился на перекур. Тропа пролегала вдоль скального обрыва. Они остались стоять, глядя на шероховатый зелёный полог и прорезающую его бурую ленту реки Джелай. Джонни спросил его:

– А как вас зовут?

– Холлис.

– Сколько вам лет?

– Сорок с хвостиком.

– Сорок с хвостиком… – протянул Джонни, – сорок с хвостиком. – Чуть позже повторил: – Сорок. С хвостиком.

– Значит, мне чуть больше сорока.

– Сорок один? Сорок два? Сорок три?

– Сорок три.

– Сорок три года?

– Ну да.

Джонни придавил сигарету к земле каблуком своей чёрной сандалии.

– Я вас знаю.

– Разумеется, вы меня знаете. А ещё вы знали Бене.

Глазки у Джонни заметались, выискивая какую-нибудь спасительную ложь. Наконец он попытался ответить не таясь:

– Я знал его, конечно.

– Он умер. Его повесили.

– Конечно, знаю, это было громкое дело. То есть поэтому и знаю. Читал о нём в газетах, вот и всё.

Он снова начал восхождение; Шторм, не отставая, двинулся следом.

– Почему вы молчите? У меня много сведений о регионе. Почему вы меня не спрашиваете?

– Как буду готов, так спрошу.

Через полкилометра они снова остановились передохнуть. Тропа здесь была узкой, и передохнуть можно было, только прислонившись к склону обрыва.

– Вон вершина. Потом спустимся вниз, а внизу будут пещеры.

Шторм закурил.

– Я сказал – в семь, вы и пришли в семь, – похвалил Джонни. – Вы очень пунктуальны. – Его лицо было не из тех, что умеют сохранять непроницаемое выражение. На нём читались оторопь и отчаяние.

– Такой уж я человек.

– Я плохо спал, – сказал Джонни своему клиенту. – Я чувствовал, как в ночи меня покидает моя душа. Вы знали, что я молюсь? Но в последние несколько дней всё идёт не так, как надо. Когда я молюсь, я не вижу тени на стене – но я не суеверный.

– Что-то вы зубы мне заговариваете.

Джонни указал на выступ на утёсе с противоположной стороны ущелья:

– Вот в этой скале я вижу черты моего отца.

Шторм не ответил, и они возобновили поход – Джонни по-прежнему шёл впереди, но теперь всё время держал голову повёрнутой на три четверти к Шторму, что двигался следом.

– Послушайте, я скажу вам две вещи, – проговорил он на ходу. – Я не знаю никакого Бене, и к тому же моё имя – не Цзюй-шуань.

Когда они достигли гребня, Джонни сбросил рюкзак и сел рядом с ним.

– Он слишком тяжёлый. У меня там внутри небольшая палатка. После пещер сможем устроить привал. У меня есть еда. Хотите фруктов?

Шторм жадно сожрал одно манго и обглодал зубами косточку. Тучи разошлись. На землю обрушился поток солнечного света, превратил полог, что лежал внизу, в оживлённо пульсирующее изумрудное покрывало и резким бликом скользнул по текущей где-то совсем далеко внизу реке. Шторм впервые попал в настоящие джунгли. За время войны ему так и не довелось увидеть тропический лес, кроме как сверху, с вертолёта. Губчатый и неоднородно-зелёный, как и этот, только иногда озарённый по ночам поднимающимися из него трассерами или сигнальными ракетами.

– Мы должны достать палку. Если будет слишком мокро, можем соскользнуть вниз.

Каждый раздобыл себе по посоху, и они направились к пещерам. Внизу Джонни показал ему метровую в поперечнике дыру в основании скалы.

– Сюда туземцы водили мальчиков, чтобы они становились мужчинами. Чтобы войти внутрь, нужно родиться во второй раз. Вот увидите! Потому они и выбрали эту пещеру. Вот увидите! Но сначала – хотите кушать?