Читаем Двуявь полностью

- Давайте я скажу прямо. Ситуация напряжённая и опасная, но ещё не критическая - я до сих пор надеюсь, что у вас всё получится, и не даю отбой. Однако в любой момент мы можем эвакуировать вас на нашу загородную базу, там защита на порядок серьёзнее. Если хотите, вылетаем прямо сейчас.

- Что, вот просто возьмёте и пожертвуете вожделенным чудом?

- Во-первых, чудо не получится из-под палки. Хочу я этого или нет, всё зависит от вашего психологического настроя. Во-вторых, кто мешает вам искать решение там, на базе? Теперь у вас есть материальный ключ - предмет, который принёс Кирилл. Осталось только придумать, как им распорядиться.

- А если не придумаю, так и просижу в вашей клетке до посинения?

- Это не клетка - комфортабельные апартаменты...

- Перестаньте. Вы поняли, что я имею в виду. Но дело даже не в этом... - Юра, прислушиваясь к себе, подбирал слова. - Сидя взаперти, я ничего не смогу. Я просто чувствую, знаю - надо быть здесь, в эпицентре, тогда есть шанс... Осталось сделать последний шаг, и я всё пойму... Но для этого надо чуть абстрагироваться, взглянуть на ситуацию сверху. Жаль, пока что не получается...

Комитетчик на миг задумался:

- Взглянуть на ситуацию сверху? В метафорическом смысле это, конечно, трудно, зато в прямом - без проблем. Можем взлететь над городом, увидите демонстрацию с высоты. Вдруг наведёт на какие-то размышления? Или, если хотите, подключимся к камере беспилотника.

Юре вспомнилось, что неделю назад, в начале этой истории, он уже забирался на самый верх, когда катался с Тоней на колесе обозрения. Она тогда, любуясь видом, сказала: 'Мы, если вдуматься, живём в сказке'. А он согласился: 'Ощущение, что кто-то всё это выдумал'...

- Да, пожалуй, - сказал Самохин. - Подключитесь к дрону, будьте добры.

Фархутдинов достал планшет, повозил пальцем по экрану, набрал пароль:

- Вот, держите.

Юра принял планшет. На экране - панорама из поднебесья: поток демонстрантов движется по проспекту, изливаясь на центральную площадь. Рдеют флаги, банты, знамёна, плакаты и транспаранты, полыхают ярким огнём, в котором смешались все мыслимые оттенки и варианты красного - алый, багряный, маковый, карминный, бордовый, винный, ализариновый, вишнёвый, малиновый, гранатовый, рубиновый, амарантовый. Река раскалённой лавы, прожигающая дорогу сквозь каменный лабиринт...

- Знаете, - сказал Юра, - вблизи и издалека всё это воспринимается совершенно по-разному. Стоишь в колонне - вокруг обычные люди, а вот так посмотришь со стороны - даже жуть берет. Я бы на месте 'химер', пожалуй, тоже забеспокоился. Сидят сейчас, наверно, и вздрагивают, представляя линию партии в масштабах Галактики...

- Это тоже сарказм? - Фархутдинов чуть усмехнулся. - Вы же, помнится, не хотели идти на поводу у киношных стереотипов. Вряд ли имеет смысл излишне очеловечивать наших противников, воспринимать их как некий аналог МИ-6 или ЦРУ.

- Вот и просветите меня, раз уж речь зашла. Раньше вы не хотели упоминать их вслух, но теперь-то чего таиться? Они нас уже нашли. Серьёзно, хватит молчать. Что вам о них известно? Как они проявили себя впервые?

- Впервые? - комитетчик вздохнул. - История была невесёлая. Представьте - в конце пятидесятых годов обычный уральский школьник попадает в поле зрение психиатров, ему мерещатся безликие существа...

- Мой предшественник? Ну-ка, ну-ка.

- Его состояние обострялось, поведение становилось неадекватным, но в какой-то момент всё вдруг прекратилось. Он произнёс загадочную фразу: 'Я успел'. В тот же день московские физики случайно наткнулись на эффект 'антиграва'. Это если коротко.

- Извините, но звучит совершенно по-идиотски. Физики в Москве, пацан на Урале. Откуда вывод, что между ними есть связь?

- Связь установили уже постфактум. И там, и там имелись некие атрибуты (знаки, если угодно), которые просто нельзя списать на случайное совпадение.

- Какие атрибуты? Клеймо? Медальон с мечами?

- Нет, ничего похожего. Я ведь уже объяснял - тогдашние знаки больше не актуальны, они вам не пригодятся. Способ активации - каждый раз иной. Неизменны только 'химеры', которые хотят помешать...

- Погодите! - перебил Юра. - Что значит 'каждый раз'? Были и другие чудеса, кроме 'антиграва'?

Фархутдинов ответил ему не сразу. Вытащил сигарету, закурил и несколько секунд угрюмо молчал, дымя. Потом сказал с явной неохотой:

- Чудес больше не было, лишь попытки - к сожалению, неудачные.

- Неудачные - в каком смысле? Можно конкретизировать?

- Активация знаков не состоялась. Погибли люди.

- Ух, ё... И как давно это было?

- Две попытки в течение последних трёх лет.

Юра скрипнул зубами. Захотелось попросить у собеседника сигарету, глотнуть вонючего дыма, лишь бы перебить послевкусие от только что услышанной новости, но он сдержался и произнёс:

- Я хочу знать подробности.